Дневник Бриджит Джонс

Мысль о том, чтобы поехать домой, натянуть пижаму и включить телевизор, начинала казаться мне все более притягательной. Но я вспомнила о «Целях прихода на фуршет», глубоко вдохнула через нос, пробормотала: «Внутренний стержень», – и снова толкнула ведущую в зал дверь. У входа все так же стояла Перпетуя, теперь она беседовала со своими мерзкими подругами Пигги и Арабеллой.

– А, Бриджит, – остановила она меня. – Ты не за напитками идешь? – и протянула мне свой стакан. Когда я вернулась с тремя бокалами вина и стаканом «Перье», они трындели вовсю.

– Нет, это ни в какие ворота не лезет. Целое поколение знакомится с классикой нашей литературы – Остин, Диккенсом, Шекспиром – исключительно по телесериалам!

– Полностью с тобой согласна. Бред. Кошмар.

– Вот именно. Смотрят «Свидание вслепую» и во время рекламы «перещелкивают» на сериал! И это, по их мнению, и есть Шекспир и Диккенс!

– «Свидание вслепую» идет по субботам, – отметила я.

– Прости, что? – насупилась Перпетуя.

– По субботам. «Свидание вслепую» показывают по субботам в семь пятнадцать, после «Гладиаторов».

– И? – ехидно прогнусавила Перпетуя, обменявшись взглядами с Арабеллой и Пигги.

– Сериалы по литературной классике обычно в субботу вечером не показывают.

– Ой, смотрите-ка, Марк! – прервала меня Пигги.

– Бог мой, и правда! – прищурилась Арабелла. – Он ведь от жены ушел?

– Я хотела сказать, что, когда идут сериалы по классике, по другим каналам нет никаких хороших передач, так что, думаю, мало кто «перещелкивает».

– А-а, так «Свидание вслепую» – «хорошая передача»? – насмешливо проговорила Перпетуя.

– Да, очень хорошая.

– А ты хотя бы понимаешь, что «Джейн Эйр» – это, вообще-то, в первую очередь книга, а не мыльная опера?

Не выношу Перпетую, когда она так себя ведет. Каракатица мерзкая.

– Я думала, это мыльный балет, – сказала я, мрачно загребая с проплывавшего мимо подноса шашлычки и пихая мясо в рот. Тут я подняла глаза и увидела прямо перед собой темноволосого мужчину в костюме.

– Добрый день, Бриджит, – поздоровался он.

– Добрый день, – прочавкала я, одновременно стараясь не разволноваться. Потом вспомнила статью и повернулась к Перпетуе.

– Марк, это Перпетуя, она… – начала я, и слова у меня тут же иссякли. Что сказать? Перпетуя очень толстая и целыми днями шпыняет меня на работе? Марк очень богат и развелся с жестокой женой?

– Да-да? – произнес Марк.