Дневник Бриджит Джонс

– Я хочу сказать, что, если принять позицию вроде «Свидание вслепую» – прекрасная передача», – она бросила в мою сторону возмущенный взгляд, – позицию, претендующую на оригинальность, позицию релятивистскую…

– Я никаких позиций не принимала. Просто мне очень нравится «Свидание вслепую», – вмешалась я. – Правда, думаю, было бы лучше, если бы участники сами отвечали на вопросы, а не читали по карточкам готовые ответы, где полно дурацких каламбуров и пошлых намеков.

– Полностью согласен, – вставил Марк.

– А вот «Гладиаторов» я не переношу.

Смотрю на эти спортивные тела и кажусь себе толстой, – сказала я. – Ну ладно, приятно было побеседовать. До свидания!

Стоя в гардеробе в ожидании пальто, я раздумывала над тем, как сильно сказывается на внешности человека наличие или отсутствие свитера в ромбах, и вдруг почувствовала чье-то легкое прикосновение к талии.

– Джонс! Что это ты так рано удочки сматываешь? – Он наклонился ко мне, поцеловал. – М-м-м… приятно пахнешь, – и предложил сигарету.

– Нет, спасибо.

Я обнаружила в себе внутренний стержень и бросила курить, – сказала я заранее подготовленным голосом, думая про себя, что Дэниелу не мешало бы быть менее привлекательным, когда я остаюсь с ним наедине.

– Понятно, – ухмыльнулся он. – Внутренний стержень, значит?

– Да, – холодно ответила я. – А ты был на фуршете? Я тебя не видела.

– Знаю, что не видела. Зато я тебя видел. Ты разговаривала с Марком Дарси.

– Откуда ты знаешь Марка Дарси? – в изумлении спросила я.

– По Кембриджу.

Терпеть не могу этого выскочку высоколобого. А ты, паразитка такая, откуда с ним знакома?

– Он сын Малькольма и Элейн Дарси, – произнесла я и чуть не продолжила: «Ты ведь помнишь Малькольма и Элейн, доченька. Они приезжали к нам, когда мы жили в Бакингеме…»

– Каких еще, к черту…

– Это друзья моих родителей. Когда-то я с ним резвилась в детском бассейне.

– Не сомневаюсь, что резвилась, маленькая развратница, – проурчал Дэниел. – Хочешь, вместе поужинаем?

Внутренний стержень, твердила я про себя, внутренний стержень.

– Ну давай, Бридж, – мурлыкал он, обольстительно склоняясь ко мне. – Нам нужно серьезно обсудить состояние твоей блузки. Уж очень она тонкая. Истончилась чуть не до прозрачности, если присмотреться. Тебе не приходило в голову, что твоя блузка больна… булимией?

– У меня сегодня встреча, – в отчаянии прошептала я.

– Да ладно тебе, Бридж.

– Нет, – отказала я с твердостью, которой сама поразилась.

– Жаль, – нежно произнес он.