Оборачиваю им бёдра и приступаю чистить зубы.
— Ты теперь будешь каждое утро и каждый вечер с ней мыться? Вот таким вот… неподобающим образом? — не обращая внимания на постороннюю за дверью, Яна продолжает трахать мне мозг, как ревнивая супруга. В зеркале её глаза начинают блестеть, и я не сдерживаю глухое ругательство. Сплевываю его вместе с зубной пастой. Да что она себе возомнила?!
— Тормози, Яна! — жёстко прерываю её ересь, хватая за руку.
Дёрнув на себя, впечатываю в свою грудь. Внутри буря достигает своего пика и требует выхода, разрывая меня на части. — Если бы нужно было выносить из-под меня судно, она бы тоже это делала! Представляешь?! Ещё бы и задницу подмывала! Это! Её! Работа! Тебе ясно? Или ты думаешь, что я нанял сиделку для того, чтобы перепихнуться с ней в душе? Хочешь, попробуем, смогу ли я это сделать так, как ты бы этого хотела?!
— Отпусти… — зло шипит, не отводя от меня мокрых глаз.
Вижу, что близка к истерике. Ещё чуть-чуть и сорвётся. Расплачется. Разорвёт мне душу пополам. — Ты… Ты просто идиот! Почему ты думаешь, что я бы с этим не справилась?
— Потому, — устало выдыхая, разжимаю пальцы, позволяю ей отпрянуть от меня. — Сама подумай, как это ощущается, — забираю у неё прижатые к груди боксеры. — Сына позови. Я хочу с ним познакомиться. Через полчаса мне нужно будет уехать.
— У тебя постельный режим, — напоминает, бегая теперь уже взволнованным взглядом по моему лицу.
— Это роскошь, которую в данный момент я не могу себе позволить. Иди, Яна. Принеси мне, пожалуйста, белую рубашку и тёмно-серый костюм.
Яна.
Руки дрожат так, будто бы я не костюмы на вешалках перебираю, а оголенные провода трогаю, обжигаясь об них. В горле невыносимо давит ком. Сердце вот-вот проломит грудную клетку и выпрыгнет из груди, где всё болит и ноет, словно на ней станцевали лезгинку.
Боже, как мне всё это пережить? Как?
Вроде бы умом понимаю, что в большинстве случаев он прав, даже сейчас, но сердце не желает мириться с тем, что я только что наблюдала собственными глазами.
А что я, собственно, наблюдала? То, как он мылся, не реагируя на манипуляции сиделки? Я же сама от него сбежала.
