До последнего солдата

— Тебя, ефрейтор, это особенно касается, — поправил шапку у него на голове младший сержант.

Луна, как и раньше, все так же неистовствовала в своем холодном мерцающем сиянии, только небосклон стал прозрачнее, словно где-то там, за дальней далью этого ночного галактического лепестка, оно уже переплавлялось в ранние, пока что несмелые лучи солнца.

Мороз усиливался, и еще недавно такой мягкий, влажный снег теперь поскрипывал под ногами сухой жесткой крупой. Также предательски он будет поскрипывать и под их телами, когда придется ползти.

Пригибаясь, перебегая от валуна к валуну, вся группа вслед за Беркутом спустилась на лед по левому берегу косы, со стороны плавней, и начала все дальше уходить вниз по реке.

— Там что, немцев нет? — показал Кремнев рукой на темневшие заросли камыша.

— На болоте им не сидится. Немецкие посты могут быть чуть ниже, вон за той кручей, — тихо ответил капитан, не оглядываясь и не останавливаясь. Лейтенант шел за ним след в след, как по минному полю.

— Черт возьми, знали бы мы… А так держались средины реки и заползли уже с той стороны косы.

— Дистанцию! Лед потрескивает, — предупредил Беркут. — Лейтенант, дальше веди ты.

— Группа, бегом, — была передана по цепочке команда, как только Кремнев взял на себя роль проводника.

Это был отчаянный бросок. Кто-то там, в середине цепочки, громыхал сапогами так, что, казалось, должны были подняться по тревоге все прибрежные гарнизоны в радиусе пяти километров. Но все же эту, более затемненную, «приплавневую» часть реки они прошли на удивление быстро и спокойно.

А залегли они, когда до первого погибшего оставалось метров двадцать и тело его уже четко выделялось серым холмиком чуть в стороне от лунной дорожки.

«Усилился мороз, немецкие посты попрятались и попросту прозевали нас, — попытался объяснить это фронтовое чудо Андрей. — Иначе при таком "протопе" они бы нас перестреляли».

— Рюкзак мы оттащили. Метров на двадцать левее. Снегом притрусили, — вполголоса объяснил Кремнев, когда Беркут замер рядом с телом разведчика.

Он уже не отползал, а короткими перекатами начал забирать влево. Еще кто-то из бойцов отделился от цепочки и пополз ему наперехват.

— Так мы что, за телами?! — подполз к Беркуту Мальчевский.

— Тогда меня какого черта позвали?! — он спросил это так, словно настроен был тут же махнуть на них всех рукой и вернуться на косу.