– Чем ты больше от неё скрываешь, тем сильнее вероятность, что она наделает глупостей.
— Нет, — отрезал я. – Не нужно. Это ради её же блага. Чёрт… — взял не подающий признаков жизни мобильный.
Мои люди уже должны были найти её. При всех исходниках, которые у них были, они должны были напасть на след сразу. Динара, мать её, изворотливая стерва… Я всегда знал, что ум у неё изощрённый, а под налётом гламура скрывается то ещё умение изворачиваться, но чтобы так… Если Стэлла полезет на рожон, добром дело не кончится.
Ничего больше не сказав, я пошёл в кухню. Надия сидела, уперев локоток в стол и, надув губы, смотрела в тарелку. Самолёт приземлился ночью. Приказ лететь обратно я дал сразу же после того, как исчезла моя жена. Никто не возражал – сказать мне в тот момент слово поперёк было себе дороже. Как и сейчас.
— И что за бойкот? – присел с ней рядом и, взяв ложку, зачерпнул кашу. Отправил в рот.
Овсянка показалась безвкусной. Сейчас мне что угодно показалось бы безвкусным. Поговорить со Стэллой? Да мне слышать её голос было сродни тому, что ковырять ножом в гноящейся ране.
Съел ещё пару ложек и кивнул детёнышу на тарелку. Но Надия энтузиазмом не воспылала.
— Почему мы с мамой улетели, а потом она не прилетела? И ты почему не улетел? И…
— Ешь, — я всучил ей ложку. – Нечего за столом болтать.
Надия обиженно ковырнула кашу. Я поймал на себе взгляд горничной. Та сразу же отвернулась, но я успел заметить осуждение.
Да чёрт возьми! Не хватало, чтобы малахольная шмакодявка из питомника обмусоливала в своей голове то, о чём не имеет понятия.
— Мама вчера была очень злая, — Надя облизала кончик ложки. – И ещё… Ещё очень грустная. Она сказала, что мы пойдём кататься на пони без тебя. Но мы не пошли. И она не хотела без тебя, я знаю. И я тоже не хотела.
— Надь, замолчи и ешь, — умение выедать мне мозг однозначно досталось ей от матери.
Да что они там делают?! Повышвыриваю всех нахрен! Они уже давно должны были её обнаружить. Или боятся?! Только я взял багет и собрался достать из холодильника кусок мяса, телефон начал надрываться.
— Пап, ты куда? – донеслось мне вслед.
— Да! – гаркнул, выйдя в холл.
— Александр Викторович… — Закир сделал паузу. Он был одним из тех, кого я пустил по следу сразу, как только всё закрутилось. – Мои люди нашли…
— Говори, — развернулся к окну.
Солнце резануло глаза, на миг ослепило меня. Я прищурился, чувствуя поднимающийся к глотке желчный ком.
— Мои люди нашли тело. Пулевое ранение в живот.
