В конце дорожки показалось серое двухэтажное здание госпитального морга. У входа нас уже ждали двое. Как только Денис затормозил, я, ничего не говоря, вышел из внедорожника и двинулся навстречу собственной мгле. Похожий на старого ворона человек открыл передо мной дверь. В нос ударил смрад отчаяния и смерти. С первым же вдохом он въелся в лёгкие, покрыл ртутным инеем всё, что напоминало о радости.
Наши шаги эхом звучали в пустом коридоре, пока мы шли вперёд.
— Группа крови совпадает, — сказал «ворон», остановившись у двери.
— От тела пытались избавиться, Алекс. Зрелище не из приятных, предупреждаю сразу.
Сбоку от меня шумно выдохнул Вандор.
— Когда наступила смерть? – опередил он меня с вопросом.
— Около… — патологоанатом взглянул на часы. – Около десяти часов назад. Повторю, от тела пытались избавиться. Из-за многочисленных ожогов точнее сказать сложно. Ты готов?
Готов ли я? Ни одному из знавших меня в голову не пришло бы спросить подобное с тем выражением, с коим задал вопрос Генрих.
Мы были знакомы уже очень много лет.
С того дня, когда посреди ночи он с абсолютным хладнокровием вытаскивал пулю из бедра моего живущего по своим собственным законам приятеля. Каждый раз, когда я видел Ворона, чувство было такое, что он ходит у смерти в ближайшем окружении. Сейчас это ощущение было особенно сильным. Готов ли я? Готов ли я увидеть изуродованное тело женщины, ставшей моим безумием, моим наваждением и пульсом?
— Да, — коротко сказал я, не желая оттягивать и уже Вандору: — Я пойду один.
Мы с Генрихом прошли в помещение по соседству.
Напротив оказалось большое, завешанное шторой стекло. Гудящие под потолком лампы давили на уши. Холод пробрался не под одежду – под кожу.
— Я тебя предупредил, Алекс, — прихрамывая, Генрих пошёл к шторе.
Я набрал побольше воздуха. Предстоящее мне не было пыткой – ад. Ворон обернулся, и я сдержанно кивнул ему. Он отдёрнул штору, звук прошёлся по нервам тупым лезвием.
Меня затошнило. На металлической каталке лежала девушка. Вернее то, что было ей когда-то.
Обожжённая кожа, маленькие ступни. Узкие запястья и…
— Это она, — прохрипел, глядя в одну точку.
Чёрные и зелёные камни в оправе из белого золота. Раскрытый цветок вьюна на правом бедре. Ничего не было – только этот цветок.
Развернувшись, я быстрыми шагами вышел прочь. Мимо Вандора и Дэна. По провонявшему антисептиком и смертью холлу.
— Алекс! – окрик сотряс воздух, звоном отдался в ушах.
Оказавшись на улице, упёрся руками в стену и, стиснув зубы, зарычал.
