До самой смерти

С громким щелчком поворачивает замочек, достает салфетку и высмаркивается.

– Боже мой… – Еще один щелчок. – Я много лет о вашей школе ничего не слышала. Кэрол тоже о ней не упоминала с самого выпуска.

Появляется официант; я отклоняюсь, чтобы он поставил на стол тарелку. Копченый лосось сухой и неаппетитный, на нем пожухший кусочек лимона. Рядом лужица соуса и вялые листья салата, явно не первой свежести. Думаю, не пожаловаться ли, но отметаю эту мысль.

– Дебора, прощальная вечеринка уже скоро, нам нужно поговорить с Кэрол как можно скорее, понимаете?

Другой официант приносит остаток заказа, мы молчим, пока он не отходит от стола.

Дебора встряхивает салфетку, расправляет на коленях и начинает намазывать кусочек жареного хлеба паштетом.

Дебора с хрустом откусывает ломкий пережаренный хлеб.

– Хлеб сухой. Хотите попросим заменить, Дебора?

– Ничего. Не стоит беспокоиться.

Мы обмениваемся неловкими взглядами, натянуто улыбаемся.

– Так что насчет Кэрол? Она во Франции?

В начале разговора я достала ручку в надежде записать адрес или телефон.

– Бывает и во Франции…

Мы с Салли избегаем смотреть друг другу в глаза. После автомобильной аварии Кэрол осталась вдвоем с мамой. Ей было не больше шести, когда погиб отец, других родственников, насколько нам известно, у них нет.

На другом конце зала посетитель скандалит над счетом. Я загоняю кусочек рыбы под салатный лист.

– Ну, а как вы поживаете? Расскажи скорей о сыновьях, Бет! – не глядя мне в лицо, говорит Дебора.

Я достаю телефон и показываю последние фотографии, торопливо сообщаю, что семейная жизнь – сплошной хаос, что мой отец умер и мама теперь одна. Дебора сочувствует, передает наилучшие пожелания маме – тема рака ей близка.

Мне приходит в голову, что сама Дебора овдовела гораздо раньше моей матери. В детстве люди делились на две категории – «мы» и «взрослые», и у «взрослых» не было возраста. Только теперь я понимаю, насколько Деборе было тяжело и одиноко.

– Я насчет Кэрол… Удивительно, мы не нашли ее в социальных сетях. Она все так же с Недом? Замужем? Дети есть?

– Нет, они не женаты. Но все еще с Недом – слава богу! Он прекрасный человек! – Тут она впервые смотрит мне в глаза, однако сразу поворачивается к Салли. – А у тебя тоже детки?

– Нет, я в разводе. Уже давно. Все к лучшему, хотя было тяжко… развод, я имею в виду.