В ссоре, грозящей обернуться для неё катастрофой, тоже факт. Как и то, что подстраиваться под правила Зареченского она не желает.
Ей бы себя найти…
Вспомнить."
"Она не зря вчера пыталась резюмировать ту информацию, что узнала. Выходил не совсем желанный результат. А ещё Настя абсолютно себя не чувствовала продажной сукой. Может, Зареченский врет? Не похоже. Тогда что…
Мысль оборвалась, потому что мужская рука более властно сжала грудь, и глухой стон раздался в области её затылка.
Миша просыпался. И ей надо как-то реагировать на подобное пробуждение.
Тут начиналось самое сложное, подходящее под фразу «и хочется, и колется, и мамка не велит».
Умом Настя понимала – ей необходимо подстраиваться под мужа. От него частично зависело её душевное состоянии и счастье в будущем. Если он её муж, значит, она его выбрала. Непонятно, какими руководствовалась понятиями, но она пошла за него замуж. Забеременела. И теперь ей надо сохранить брак.
Наверное…
Неуверенность и незнание убивали Анастасию, но что-то надо было делать, как-то выбираться из трясины, в которую она погрузилась в результате полученных травм.
Перевернуться с большим животом можно было только через спину. Настя, стараясь не размыкать мужских объятий, которые ей неожиданно показались приятными, перевернулась на спину, после чего аккуратно на другой бок. Михаил ещё спал. Или делал вид, разбираться она не стала. Настю больше интересовали собственные эмоции – девушка отважилась на эксперимент.
Она же должна понять… определиться… Одно дело – слышать, другое дело – понять.
Она несколько долгих мгновений всматривалась в красивое лицо мужчины. Во сне оно выглядело безмятежным. Брови не нахмурены, от уголков глаз и губ не убегают серьезные, зачастую насмешливые морщины. И он казался младше своих лет. Кстати, а сколько ему лет? Тут впору было заплакать, но Настя улыбнулась. Ничего, она верила, что память к ней вот-вот вернется, и она сможет дальше выстраивать свою жизнь, опираясь на собственные убеждения, а не на крохи информации, полученные от других.
Настя подняла руку и дотронулась до губ Михаила. Легко, чуть касаясь и ощущая его дыхание.
– Что ты делаешь?
Глаза он не открыл.
Значит, притворяется.
Настя, продолжая улыбаться, наигранно грозно, но с пониженной интонацией сказала:
– Делай вид, что ты и дальше спишь, хорошо, Миша?
Ей показалось или он с трудом подавил смешок?
– Ладно.
Она не ожидала, что он согласится. Что ж… Спасибо. И Настя продолжила.
