Добрые предзнаменования

Разве мы не похожи на папочку, на папеньку своего вкусненького…

— Нет, — твердо сказал Кроули. — И на вашем месте я бы уже отправился в палату.

— Как вы думаете, сэр, он вспомнит меня, когда вырастет? — мечтательно спросила сестра Мэри, выплывая в коридор.

— Молитесь, чтоб не вспомнил, — сказал Кроули и исчез.

Сестра Мэри шла пустыми коридорами по ночной больнице, крепко держа в руках Врага Рода Человеческого, Низвергателя Царей, Ангела Преисподней, Великого Зверя, именуемого Дракон, Князя Мира, Отца Лжи, Отродье Сатаны и Повелителя Тьмы.

Найдя свободную коляску, она уложила его туда.

Он агукнул. Она пощекотала его.

Из-за двери степенно высунулась женская голова. Она сказала:

— Сестра Мэри, что вы здесь делаете? Вы разве не должны дежурить в палате номер четыре?

— Но господин Кроули сказал…

— Пожалуйста, следуйте в палату степенно, как подобает монахине. Вы нигде не видели ее мужа? Его нет в приемной.

— Мне встретился только господин Кроули, и он мне сказал…

— Не сомневаюсь, — решительно оборвала ее старшая сестра Грейс Многослофф.

 — Мне, пожалуй, лучше пойти и поискать страдальца. А вы идите и присмотрите за ней, хорошо? Она еще слаба, но ребенок в порядке. — Сестра Грейс остановилась. — Почему вы моргаете? Вам что-то попало в глаз?

— Вы же знаете, — произнесла сестра Мэри коварным шепотом. — Младенцы. Подмена…

— Конечно, конечно. Все в свое время. Но мы же не можем допустить, чтобы его отец бродил здесь без дела, верно? — ответила сестра Грейс. — Мало ли чего он может увидеть.

Значит, ждите здесь и присмотрите за ребенком, вот и славно.

И она поплыла вдоль безупречно чистых стен. Сестра Мэри, толкая перед собой коляску, вошла в палату.

Миссис Янг была не просто слаба. Она крепко спала, и на лице ее читалось выражение непреклонной удовлетворенности по поводу того, что хотя бы раз бегать придется кому-то другому. Рядом с ней спало Дитя А, уже взвешенное и снабженное ярлычком с именем. Сестра Мэри, всегда готовая помочь (это была привычка, выработанная годами), сняла ярлычок, скопировала его и привязала копию на ножку препорученного ей младенца.

Младенцы выглядели очень похоже: оба маленькие, в пятнах и с виду — ну вылитый Уинстон Черчилль (хотя и не совсем).

А теперь, подумала сестра Мэри, я бы не отказалась от чашки чаю.

Большинство монашек в этом монастыре были правоверными сатанистками, как и все в их семьях как минимум до третьего колена. Их так воспитывали, и, если разобраться, ничего особенно плохого в них не было.