Дочь княжеская. Книга 4

 — Но тем и отличаются правители от простолюдинов, что мыслить надо — в поле надличного. И принимать решения, тщательно взвешивая последствия, — на много лет вперёд. Я понимаю, как вам хочется спасти отца. Поверьте, разведчики господина тБови не сидят на месте. Они делают всё возможное… вполне вероятно, что угрозы послов потеряют свою силу уже в ближайшие дни.

— А если не потеряют? — тихо спросила Хрийз.

— Значит, не потеряют. Смиритесь.

— Легко сказать, — пробормотала она, водя пальцем по колдовской карте.

Палец оставлял слабый светлый светящийся след, он держался какое-то время на магической иллюзии, потом пропадал, истаивал, как тает дым от костра в весеннем лесу.

— Вы справитесь, — убежденно выговорил Славутич. — Мы в вас верим.

Хрийз кивнула. Если бы она еще сама в себя верила… Голова кружилась, слабость, казалось, впечатывала в каменную плоскость сиденья.

— Давайте вернёмся, — попросила Хрийз и призналась: — Я что-то… не слишком хорошо себя чувствую.

— Сама, — заявила она, вставая.

Вцепилась пальцами в край столешницы, пережидая приступ темноты перед глазами.

Сама. Если будут носить на руках, то никогда в себя не придёшь. А приходить в себя было надо, причём как можно скорее. Не время валяться мёрзлым бревном в постели!

Но в седло Славутич всё-таки её подсадил. Ещё бы. Без чужой помощи она забираться на спину Грому еще не научилась. Пусть даже белый единорог специально для неё опускался на колени. Он всё понимал, Гром. Лилар сказала как-то, что геворк полюбил её, Хрийз, иначе бы не подпустил бы к себе ни за что.

Хрийз вправду чувствовала нечто этакое. Не полную связь, какая бывает между человеком и его фамильяром, а — некое, едва уловимое, доброжелательное спокойствие.

По традиции, послов поселили в гостевом крыле замка. Оно находилось на нижней террасе, нависавшей над ещё одним, восточным, ущельем. Возвращаясь в замок, Хрийз бездумно выбрала дорогу над полем, примыкавшим к гостевому крылу. И увидела одного из Рахсимов, судя по ауре — младшего. Тот вышел размяться с мечом, без спарринг-партнеров, в одиночку.

Хрийз внимательно смотрела за смертоносным танцем: да, тренировка, но в бою этот мужчина, пожалуй, то ещё счастье. Меч и магия… и остаётся только гадать, своя у него сила или тоже… артефакты в карманах держит.

Длинная цепочка с кругляшом родового медальона, болтающаяся на шее посла, артефактом Опоры быть не могла, Хрийз бы почувствовала. Других она тоже не чувствовала, но в настоящем бою они вполне могли появиться.