Дочь княжеская. Книга 4

Это — ответственность. Это — Долг, который иногда становится превыше не то, что собственных желаний, превыше самой жизни.

— И что видишь? — спросила Хрийз.

— Твою стихию. Она… усилилась многократно. А я тебя в Службе Уборки шпыняла…

— Ты же не знала, кто я. Я сама этого не знала…

— Если бы я теперь тебя… вас… встретила…

— Пала бы ниц? — не удержалась от язвы Хрийз, и растерялась, когда Млада вдруг кивнула.

Она серьёзна, поняла Хрийз. Она очень серьёзна, и она не шутит. А ещё что-то произошло с ними со всеми, знать бы ещё, что.

Все, кто не был слишком близок или равен по статусу, как Лилар, как сЧай или Славутич, выказывали глубокое почтение, причём добровольно. Даже Сихар, казалось бы, личный врач, высший маг, а и то забыла свою обычную присказку «милая», с которой обращалась к своим пациентам. И вот теперь — еще и Млада.

— Перестань! — крикнула девушка. — Млада, да перестань же! Это я!

— Прости, — тихо ответила Млада, опуская взгляд. — Но та Хрийз, с которой я мела улицы Сосновой Бухты, умерла в Алой Цитадели.

Ты теперь — княжеская дочь, и ты — наследница Бранислава, а теперь, когда его нет, ещё и полноправная хозяйка Высокого Замка. А этих людей я даже не знаю…

Хрийз отошла к окну. Долго смотрела в коричнево-синий вечер, не могла подобрать слов. Вот так, значит. Значит так, да?

Повисло молчание с привкусом полынной горечи. Пропасть в статусе, пропасть в магической силе, и она будет лишь увеличиваться. На вершине горы нет места двоим. Занять этот крохотный пятачок может только кто-то один, и в их случае, этот кто-то не Млада.

— Рядом с тобой этих людей ни одного нет, — твёрдо заявила Хрийз наконец. — Можешь считать иначе. Я — считаю так.

Млада молчала так долго, что Хрийз подумала даже, что она уже ушла. Не ушла.

— Мне нужно время, чтобы привыкнуть, — ответила Млада.

— Хорошо, — кивнула Хрийз. — Тогда давай начнём прямо сейчас? Пойдём поужинаем, я голодна, ты, думаю тоже. Расскажешь мне, что делается в городе. Если захочешь. И я что-нибудь расскажу. О чём ты спросишь или захочешь услышать…

— Пойдём, — сухо кивнула Млада, и Хрийз лишь понадеялась, что просьба не показалась подруге приказом.

Через два дня зацвели низенькие деревья, высаженные вдоль дорожек на горных лугах. Алые с белым краешком пушистые цветы обильно усыпали тоненькие ветки, и воздух наполнился сладкими ароматами весны. Хрийз долго стояла у одного такого дерева, обнимая тонкий серый стволик. Слушала, как жужжат шмели и пчёлы, деловито снуя среди нежных лепестков.