Князь посмотрел на меня, оперев подбородок на кончики пальцев.
– Яд, который ты выпила, не выйдет из твоей крови в течение нескольких месяцев. Это гуманный способ умереть – никакой боли, ты просто уснешь и не проснешься.
«Она уснула и не проснулась…» – раздался голос отца из моей памяти. Моя мама, здоровая, молодая женщина уложила маленькую дочь, поцеловала мужа и сама отправилась в кровать раньше обычного: неожиданно навалилась непривычная усталость, глаза слипались. «Прием меня утомил, – пожаловалась она мужу.
– Наверное, переволновалась. Не каждый день приходится знакомиться с королевским советником». Вовсе не дар выжег ее изнутри – ее убил яд, подсыпанный в бокал с вином.
Гвендолин вырвали с корнем из жизни, отняли любимую жену у отца и маму у крошечной девочки. Как несправедливо, как подло! Из-за неугодного империи дара – такого же, как у меня!
– Мерзавец, – прошипела я, не в силах сдержать злость.
И плевать, что я бросила свое презрение в лицо князю. Что он сделает? Убьет меня? Ха!
– Дерзкая, – усмехнулся он.
– Наглая. И, очевидно, живучая.
Князь встал, подошел к секретеру и выудил из верхнего ящика небольшой флакон, заполненный прозрачной жидкостью. Князь кинул мне его через всю комнату, и, если бы я его не поймала, склянка могла разбиться о поверхность стола. Но я поймала. И князь Лэггер снова ухмыльнулся. Да, ваше сиятельство, вы правы: я живучая.
На вкус жидкость оказалась безвкусной, как вода, но через пару биений сердца противоядие начало действовать: сонливость постепенно отступала.
– Раз в неделю я или Веела будем выдавать тебе новую порцию противоядия, пока ты проходишь испытания на выявление дара.
– Если дар не подходящий, противоядие я больше не получу?
– Верно, умница. Ты уснешь и больше не проснешься. Согласись, не самый страшный способ оставить этот мир.
– Какие испытания меня ждут?
Внутри пекло от негодования и ненависти, но голос звучал ровно и сдержанно. Я копировала Ледышку – его холодные спокойные интонации. Знал бы Тайлер, что я училась у него не только боевым искусствам, но и умению держать себя в руках!
– Я сообщу тебе о первом испытании, как только все подготовлю для него.
Пока можешь идти. И забери с собой нытика, по прихоти Всеблагого ставшего моей дочерью.
Веела действительно плакала – молчаливо и отчаянно, по ее щекам тянулись дорожки слез.
– Веела остается в Академии?
– Пока да. Пока идут приготовления к свадьбе.
Князь поглядел на дочь без тени сочувствия, без нежности.
