Рита хлещет меня по щекам, обзывая, выплескивая свое горе на мне, переключаясь со своих мыслей. Ее удары ни о чем, слабые, но хлесткие, мои щеки уже начинают гореть, когда я снова хватаю ее занесенную руку:
— Все? Полегчало? — спрашиваю ее, Рита кивает и словно сдувается в моих руках, почти висит, цепляясь за плечи, — Еще раз так сделаешь, вернемся в больницу, чтобы тебе успокоительное прописали. Я тебе уже сказал, никаких волнений, нервных криков. Хочешь, чтобы опять кровь пошла, а если такое при Дашке случится? Ты же ее напугаешь до полусмерти.
Если относишься ко мне как к монстру, то подумай немного своей головой. Думаешь, сейчас, когда у Даши единственная мать смертельно больна, я бы не смог добиться опеки над дочерью и забрать ее, пока ты проводишь время в больнице? А теперь ответь себе, смог бы, причем особо не утруждаясь. Я этого не делаю, не только из-за дочери, Рита. Веришь или не веришь, но ты должна быть с Дашкой, чтобы поправиться, а я хочу, чтобы ты жила, понимаешь?
— Это не в твоем стиле, Артем, — сквозь зубы произносит Рита и отстраняется от меня, — Оставь меня в покое хотя бы на время.
Делай что хочешь, разводись, не разводись, забирай у меня все, только просто оставь меня в покое! — уже выкрикивает она и наконец, дверь подъезда открывается, выходит мужчина.
Рита со скоростью ветра исчезает за дверью, словно за ней гонится разъяренный бык. Я стою и смотрю на уже закрытую дверь, потом пожимаю плечами и иду к машине. Если Рита не хочет меня видеть, то придется на несколько дней оставить ее в покое, буду встречать и привозить Дашу из садика или моя мама.
Пусть жена немного успокоиться, а потом заберу их с Дашей к себе. Риту нельзя оставлять одну, она еще многое не знает о своем состоянии, дальше будет только хуже. Врач мне вчера по телефону подробно рассказал, что теперь ждать. Рита скоро сама поймет, что ей одной не справиться.
В кармане завибрировал телефон, и я ответил на звонок, звонил Тимофей Сергеевич.
— Артем, я отправил в три клиники все результаты анализов Маргариты Владимировны, но они просят еще биопсию. Твоя жена придет завтра ее сдавать? — с беспокойством начал он.
— Придет, я прослежу, — сухо отвечаю врачу, — Когда будут готовы результаты биопсии?
— Две недели.
— Долго, — сокрушенно качаю головой.
— Долго, согласен.
— Хорошо, я сейчас в аптеку, завтра мы у вас.
— Артем, если твоей жене станет плохо, звони мне в любое время дня и ночи.
