Сейчас, когда этот вопрос стоит передо мной черной стеной, закрывая все радости жизни: смех, семью, детей, любовь, счастье в конце концов, будущее мое и Даши, я предательски опускаю руки.
Один вопрос сверлит голову, но на него нет ответа никогда и ни у кого. За что? Извечный вопрос всех, кто приговорен к неизлечимой болезни или увечью, за что мне такое? Кого спросить, чтобы получить ответ? Вот ты в пять лет отказала мальчику Коле, не отдала свою котлетку за обедом в садике, а у него из-за этого, вся жизнь сломалась.
Вот за это тебе и наказание, так что ли? Я не могу вспомнить свои грехи, за которые меня можно так наказать и винить некого. Кто виноват? Артем, я или судьба? Кого я должна лишить жизни за то, что он меня довел до болезни? Моего мужа? Возможно, но это не правда. Это какая-то злая шутка судьбы. Есть люди, что смертельно больны и в жизни у них все было хорошо, но они попали в эту огромную жизненную мясорубку. Другой вопрос «Почему я?». Риторический вопрос, знаю, без ответа.
Кто-то скажет один случай из ста, мне не повезло, да. Я готова смириться с диагнозом? Нет. Тысячу раз нет. У меня маленькая дочь остается одна, совсем одна, хотя это не является причиной, чтобы я чудесным образом излечилась. Кто-то там сверху решил, что моя жизнь слишком полна радостных событий и решил, что мне достаточно, пожила и хватит. Борьба за жизнь не в моих руках. Я сколько угодно могу лечиться, цепляться за надежду, но если все закончиться не так как я хочу, стоит ли тратить силы на борьбу? А с другой стороны, если не бороться, смириться, может и не добьюсь ничего? Ах, как же хочется жить, повести дочку в первый класс, быть на ее выпускном, на свадьбе, увидеть ее детей, дождаться внуков.
Почему так рано, Господи? Где ответ на эти вопросы, его нет.
В кармане куртки уже давно вибрирует телефон, замолкает и снова беснуется. Кому я понадобилась именно сейчас, когда мне нет дела ни до кого, совсем. Не глядя, вынимаю трубку и смахиваю в сторону, включая громкую связь.
— Рита, почему трубку не берешь? — сердитый голос Сергея врывается в мое сознание, заставляя просто утонуть в злости. Хочется и ему сделать больно, чтобы он тоже мучился, сама себя не узнаю, ругаю за эти мысли.
— Ничего не будет, Сережа, — отвечаю ему, глядя в точку на стене, почти не моргая.
— В смысле? Ты где? — тон Сергея становится немного мягче.
— Не будет развода, я остаюсь с Артемом.
На той стороне трубки воцаряется тишина.
