Дочь седых белогорий

Он снял с костра бурлящий котелок, налил по кружкам и, таинственно улыбнувшись, негромко запел, выдавая своё настроение.

В словах его песни говорилось о красоте зарождавшегося утра, о тишине насторожившегося мира, о празднике шествующей зимы и о будущем человеке, наследнике, кто очень скоро увидит этот мир.

Ченка облегчённо вздохнула. Всё тяжёлое с сердца было снято в один момент. Все переживания и тревожные ожидания растворились, как утренний туман. Загбой узнал, что у Ченки будет ребёнок, и отнёсся к этому с чувством глубокой ответственности, воспринял это как само собой разумеющееся, просто, как мудрый человек.

Он понял, что в произошедшем Ченка не виновата, потому что Дмитрий, скорее всего, добился желаемого силой, как это было очень часто в отношениях эвенков и русских. Зачем тратить свой гнев напрасно, когда дело сделано и ничего не вернуть? Не лучше ли предаться ожиданию счастья будущей жизни и торжествовать от мысли, что твой род не окончил своё существование?

А праздное утро продолжает своё гордое шествие.

Жарковое солнце отражается в белоснежных боках крутобоких белков. На могучих лапах насупившихся кедров искрится серебристая перхоть переновы. Ледяное озеро взрывается искрами северного сияния. Морозный воздух играет хрупкими блёстками мороси. Рябые кедровки гортанным кряхтеньем тревожат дикий мир тайги. Неугомонные стайки дроздов лепят склонившиеся кусты алой рябины. На остроклинных елях тонко пикают желтогрудые синички. Между толстых стволов деревьев оранжевым опахалом планируют важные ронжи. Удивительный и неповторимый дикий мир тайги живёт своей обычной жизнью.

Кружка горячего, тонизирующего чая приносит в тело взрывную силу адреналина. Загбой вальяжно улыбается, неторопливо набивает трубку табаком, подкуривает от костра, затягивается горьким дымом и, отвалившись спиной к пеньку, хитрым прищуром смотрит куда-то вдаль, на недалёкий трёхглавый голец. Мысли охотника где-то там, далеко за этими горами. Он едет на своём учаге, преодолевает распадки, увалы, покоряет заснеженные перевалы, переправляется через бурные ручьи, попадает в новую тайгу, где ещё никогда не был.

Горячая кровь вечного странника, кочевника зовёт его вдаль за горизонт, к открытию новых просторов, где, как ему кажется, находятся богатые зверем места. Охотник счастлив, добывая соболя, сердце радостно бьётся, встряхивая бунты белок. Он уже видит лисьи глаза купца, жадно протягивающего руки к его пушнине.