Дочь седых белогорий

Так что уж волей-неволей, хочешь не хочешь, а надо стелиться податливым мхом под ноги представителей власти.

Только один лишь приказчик у костра сидит, в ладоши хлопает, но глаза суровые, смотрят исподлобья на окружающих, оценивающее, как будто кругом не простые мужики, а басурманы-враги. И тому есть причина. Многое повидал на своём веку Илья Трифонович Мукосеев. В свои неполные сорок пять лет успел выучиться в торговой школе, заиметь своё дело, побывать на каторге, обойти половину Сибири и наконец-то остановиться, залечь на дно до поры до времени в глухой волости, под крылом самого губернатора Нефёдова, который лично порекомендовал своего полномочного в распоряжение новоявленного купца-золотопромышленника.

А Дмитрию ничего не оставалось, как принять опытного человека на работу. А то как иначе? Кто же тогда подпишет купчую на прииск? Хоть и опутали Дмитрия представители власти, как мизгири муху, а делать нечего, надо делиться пока что ещё не добытым золотом, иначе задуманное дело пропадёт на корню.

Веселятся, пляшут в общем кругу под звон трёхструнной балалайки люди. Тешит затуманенный разум горячительный напиток. И, кажется, что все едины, дружны. Однако далеко не у всех мысли светлы и чисты. Призрачный жёлтый цвет золота не перестаёт будоражить разум Дмитрия, который думает, а как все произойдёт завтра? Богатые ли здесь запасы благородного металла и какая прибыль пойдёт ему в карман?

Пристав Берестов представляет, какой процент с нового прииска перепадёт ему. Сотник Кулаков обдумывает, напрягает свои извилины в подсчете той суммы, что можно запросить за услугу казаков.

Казаки о том – как будут устанавливать новую власть в тайге. Мужики – как проработать до осени и заработать денег, которых бы хватило для безбедного существования семьи до будущей весны.

Только лишь Загбой и Ченка ни о чём не думают. В их душах – чистота помыслов. Они искренне рады приходу в тайгу русских людей, готовы помогать им во всём, зарезать оленя, отдать последний сухарь. А может быть, даже и жизнь.

У них нет злобы и ненависти. Они не понимают, что такое зависть и корысть.

Даже в танце Загбой и Ченка стараются показать своё доброе отношение к русским. В какой-то момент охотник пытается изобразить медведя, приседает на ногах, пьяно покачивается, гребёт руками под себя. Но тут же, преобразившись, несуразно подпрыгивает, изображает русского на коне. Потом медведь бросается на человека, а он, то есть Загбой, выхватив саблю, колет зверя прямо в сердце.