Дочь воина, или Кадеты не сдаются

Обе оставшиеся эйтны не менее стремительно понеслись вслед за ней, но… но на месте, где стояла эта самая эйтна Кирата, осталась тень. Едва заметная, черная, чуть колыхающаяся с белыми провалами в глазах. И эта субстанция прошептала:

— Киара, я знаю, ты сссссслышишшшшь. Ссссзабери девошшшшку!

И тихий ответ в наушниках:

— Онассс начала мутировать, теперь видитссс.

— Я помогусссссс. — Тень подернулась рябью и вдруг едва слышно прошептала: — Я ссскучаюсссс…

Рывок — и в комнате никого не осталось, кроме меня и застывшей в неестественном положении Ашары.

Она не сразу пришла в себя, но, когда начала двигаться, делала все так, как будто ее и не прерывали.

— Молчи, — прошептала мама, — просто молчи. И тебе нужно поспать. А правда… я расскажу ее тебе, Кирюш. Обязательно расскажу, когда мы будем сидеть в бикини повышенной степени открытости где-нибудь на курортной планете типа Литоры, попивать мартини и любоваться закатом.

И помни, тени незримы для всех, кроме видящих. А у видящих лишь один путь — лишиться семьи и сущности, подчиниться тому, что раздирает разум, и служить на благо клана. Это не та судьба, которую мать желает дочери. Спи, Кирюш, спи. Мы еще посмеемся над всем случившимся, это я тебе обещаю!

Я молча кивнула, потом поняла, что зря, — все равно мама не увидит же. И как-то совсем неосознанно начала проваливаться в сон… А потом разбудил меня мамин встревоженный голос:

— Киренок, один вопрос… В связи с твоим самочувствием этот вопрос очень тревожит меня.

Так вот… Ты ведь не выбирала светловолосого блондина с ярко-синими глазами, да? Хотя о чем это я… Нет, ты не могла, я же сказала искать воина послабее, а они все огромные там. Да и правящий клан не связывается с тьяме. В смысле, с золотоискательницами, ну ты поняла. Ух, а то знаешь, как-то совпало, вон эйтна-хассаш ищет какую-то истекающую кровью, а она же служит правящим. Но нет, никак. Все, спи!

Проклятый нестабильный атом! Какой тут теперь сон!

Я полежала… подумала… еще подумала. Накрылась одеялом с головой и прошептала:

— Тут я, никак не могу отключиться. Приятно просто слышать твое дыхание и знать, что все хорошо. Все будет хорошо, Пантеренок. Теперь, когда я нашла выход, все будет замечательно у нас.