Дочь врага для Темного (СИ)

— Сделай, — одно слово и протянутая рука.

Пульсация в голове усиливалась с каждым моим движением. Я не помнила себя, когда делала все четко по инструкции на упаковке. Не помнила, как ждала результат.

Зато я на всю жизнь запомню тот момент, когда мои глаза напоролись на две полоски на тесте. И я запомню расширившиеся от ужаса глаза Никиты. В них было так много боли, ненависти и неприкрытой злобы, что меня отшатнуло.

— Ты хочешь этого ребенка? — он жестко зафиксировал мой подбородок, пока я вся тряслась, как осиновый лист.

Я бы никогда не смогла причинить своему ребенку вред. Никогда. Сил на ответ не было, я плакала и кивала.

— Значит, ты прекращаешь истерику и делаешь то, что я говорю.

Голубые глаза задержались на моих губах на мгновения. Я думала, что Никита снова мог бы сорваться. И тогда я бы просто распалась окончательною, но он прикрыл глаза, столкнулся лбом с моим и отпустил меня.

Я не мог до конца поверить в то, что случилось. Не мог. Даже когда увидел долбанные бумажки со всей инфой на Надю.

Мозг опять как будто специально подкидывал картинки ладного тела.

Пришлось проморгать, чтобы снять наваждение. Камера для предварительного заключения напоминала отстойник. Удушливый запах сырости и металла выедал легкие.

— Блядь, — сморщился, глотая вязкую слюну. Синяки на теле ныли, ну еще бы. Цепные псы Макарского сработали четко, опрокинули мордой в пол и пустились во все тяжкие.

Слитые документы быстро пошли по рукам, новостные ленты пестрили заголовками, от которых у нормального человека кровь точно застыла бы в жилах. Все случилось меньше чем за сутки, так что ясное дело — прикормленные журналисты лишь ждали отмашки.

«Негласно коронованный Рашидов задержан по подозрению в похищении дочери кандидата в депутаты Макарского».

«Сколько еще будет продолжаться кровавый террор от Темного? Кто следующий пострадает от рук бандита?».

«Небезызвестный криминальный авторитет Рашидов по кличке Темный крышует проституцию и контрабандные схемы».

Заказчик этих заметок заявился ко мне собственной персоной незамедлительно.

Я знал, что он блефует. Аиша была в безопасности. Я первым делом об этом позаботился. Даже Николин не знал деталей, потому что люди Бродяги сработали быстро. Пусть она плакала и практически все «от» и «до» видела своими глазами, но детская психика гибкая, я смогу заместить эти эмоции чем-то добрым.