Дочь врага для Темного (СИ)

 — Если ты меня по-настоящему любишь, пожалуйста, не дай навредить ему, — слезы продолжали капать, я прикусывала губы в ожидании ответа. Я понимала, что поступала подло. Манипулировала, но в моем состоянии не понимала, куда двигаться и как.

Никита молчал, черты лица заострились, я понимала его шок. Видимо, ему ситуацию преподнесли под другим соусом. Он выдавил из себя вопрос, но я чувствовала, что сказать хотел явно не это.

— Я оказалась тогда в клубе неслучайно. Мне пришло сообщение от тебя, а там ждал нужный человек…Я слышала разговор Николина с отцом, надо найти способ доказать мою непричастность.

Никита, Арслан не такой плохой человек, как ты думаешь. Он защищал меня, он заботился, он спас меня бесчисленное множество раз, хотя мог оставить умирать. Он не зло, — брат меня отпустил, продолжая рассматривать как будто в первый раз.

А я больше не могла терпеть то, что сейчас со мной творилось. Это противный привкус во рту становился отвратным.

— Мне надо в уборную, — пролепетала не своим голосом.

Я выпуталась из оков одеяла и на нетвердых ногах пошла в туалет. Мне казалось, что сейчас я просто выверну все содержимое наружу прямо на ходу.

Столько раз меня выворачивало наизнанку, что не счесть. Никита молча подошел сзади и удерживал слабое тело так, чтобы я окончательно не упала лицом в унитаз. Слабость усиливалась с каждым позывом рвоты. Когда все закончилось. Он спросил меня только одно:

— Ты можешь быть беременной?

Когда у меня в последний раз были месячные? Так давно, что и не счесть.

Страх противными щупальцами прошелся по спине.

Мы не предохранялись, Арслан часто срывался, так что да. Я могла быть беременной.

— Не знаю, — обреченно выдала, на что Никита саданул кулаком по стенке. Сбивая руки в кровь снова.

В тот день он ушел, оставив меня наедине со своими страхами. Я не знала, смогла ли достучаться до него, не знала, по сути, ничего. Моя комната была заперта, окно на проветривании. Но не стала бы я сбегать с третьего этажа по веревке?

Даже горько усмехнулась от своих больных мыслей.

Наш разговор с Никитой наложил на меня свой отпечаток. Я свернулась калачиком на кровати и уже атаковала свой мозг всем сразу. Страхом за Арслана, за Никиту, догадками о том, что может случиться с ними и нами, подозрениями в беременности. Все скопом, вихрем кружило в воспаленном мозгу. Потому, когда Никита молча пришел под вечер с пакетом тестов на беременность, я не сразу поняла это. Только после касания теплой ладони к щеке.