Сын совсем расклеился по дороге, закатив знатную истерику, которую даже любимая няня не смогла предотвратить.
– Думаю, спрашивать, взять ли мне его, бесполезно? – видя, что девушка устала, вздохнул я, ведь мой Богатырь вовсе не перышко и носить его на руках не легкая задача.
– Я его только успокоила, пусть посидит у меня, – обернулась на меня Алия, качая и баюкая измученного Султана, который прильнул к ней в попытке унять боль.
– Девушка, нам нужно что-то для снятия боли при прорезывании зубов, – начал я, обращаясь к фармацевту и мимолетно разглядывая различные коробочки и баночки с таблетками, – какой-то гель… Как там он назывался? – кинул я взгляд на Алию.
– Может, лучше мамочка скажет? – с улыбкой предложила девушка, отчего брови тут же сдвинулись у меня на переносице, я даже с мысли сбился. Вроде ничего такого ужасного нет в том, что Алию приняли за мать ребенка. Как и нет ничего удивительного в том, что это случилось, каждый бы подумал так, видя их вместе. Но я почему-то упрямился и злился каждый раз, когда кто-то намеренно или ненароком связывал меня с бухгалтершей или способствовал нашему сближению.
Смутившаяся Алия, стараясь на меня не смотреть, встала рядом и продиктовала название геля, который фармацевт тут же положила на прилавок.
– Еще, пожалуйста, сироп от высокой температуры, – добавила Алия.
– Он сладкий, ребенку понравится, но его нужно запивать большим количеством воды или молока, если вы всё еще кормите.
– Спасибо, – пробормотала Алия, отходя в сторонку, чтобы я расплатился и забрал купленное, которое для нас сложили в пакет вместе с чеком.
Аптекарша ничуть не смутилась, вообще не заметив возникшей из-за ее слов неловкости, я же заметил румянец на щеках Алии, когда она поспешно вышла на улицу из аптеки и направилась в сторону автомобиля.
* * *"
"Дома, едва мы вошли в комнату, Алия вручила мне ребенка с напутствием не дать ему расплакаться и пошла в ванную комнату мыть руки. Потом взяла гель, выдавила небольшое количество на кончик пальца и, посадив малыша к себе на колени, просунула палец ему в рот.
Султан мгновенно обхватил ее руку, но не для того, чтобы вытолкнуть руку обратно, а чтобы, наоборот, удержать ее на месте. Он как будто понимал, что Алия хочет ему помочь и облегчить изнуряющую боль, и не мешал ей оказывать ему эту помощь. Даже будто смотрел с благодарностью, и слезы перестали течь из глаз.
– Давай-давай, Пухляш, помажем тебе десны, – приговаривала Алия, натирая ему внутри ротика гелем.
