Водила рукой туда-сюда, что-то нащупывая.
Сердце разрывалось оттого, что он тихо попискивал, скуля, как маленький щенок. Невольно я залюбовался Алией. Ее волосы рассыпались без платка и красивым каскадом струились вдоль лица. Своим одухотворенным видом она напоминала Мадонну с младенцем. Замечтавшись, я даже не заметил, что она что-то говорит.
– Я уже чувствую острые края зубиков, – поделилась она причиной своей радости, – хочешь потрогать? Только руки помой.
– А он не укусит мой палец? Не думаю, что ему понравится, если в него залезет мой палец.
Твой для него предпочтительнее, – сглотнув, выпутался я, не желая тревожить мальца. Сейчас как засуну ему палец в рот, а он как завопит. Я только-только начал наслаждаться тишиной.
– Да чем он укусит? – заулыбалась Алия. – Там всего лишь намек на зубы. Хотя ты прав, лучше его не тревожить. Пока действует гель, ему не будет больно. Но скоро он снова заплачет, поэтому надо померить температуру, и, если она есть, дать сироп. Думаю, что есть, – покачала она головой, прикладывая губы ко лбу Султана.
– Ночь нам предстоит долгая.
* * *Алия оказалась права. Периоды без боли сменялись приступами, когда Султан истошно орал и температурил, весь краснея от натуги. Справиться с ним могла только Алия, прижимая к себе, баюкая и бесконечно ходя из стороны в сторону. Чуть стоило ей остановиться, как успокоившийся сын начинал возиться в руках и пищать.
– Когда мы ходим, создается имитация того, что было в утробе у матери, это их успокаивает, – объясняла она мне, на что я лишь нахмурился.
– А по мне, так это манипуляция. Ему просто нравится, и он требует, крутит из нас веревки. Ему спать пора, – посмотрел я на часы, – а он всё бодрствует.
– Нет, такой славный малыш не может манипулировать, да, Пухляш? – ворковала с ним Алия. – Он еще слишком мал для этого.
– Я тебе докажу, – шагнул я к ним, перехватывая Султана. Но не тут-то было. Он сразу же вжался в грудь любимой няни, вцепившись в нее своими пухлыми пальчиками и глядя на меня как на врага народа.
– Видишь! Он вовсе не спит, а просто тащится от тебя.
– Снова будешь мне за это выговаривать? – посмотрела она на меня усталым взглядом, а я только сейчас осознал, как непозволительно близко подошел.
– И в мыслях не было, – качнул я головой, пытаясь взять себя в руки и отодвинуться, но она так хорошо пахла и выглядела, что сделать это было не так-то легко.
– Думаю, ты можешь идти спать, уже двенадцать.
