Долгие раздумья

— Отстань от меня! Все! У тебя богатый выбор: целых четыре сестры, не считая мамаши!

— Я не хочу никого, кроме тебя. Дикси упрямо не останавливалась и быстро-быстро шла по обсаженной розами тропинке, ведущей к крохотному летнему домику, расположенному в дальнем углу сада. Она слышала, что Феликс не отстает, и подумала, что ей, несмотря ни на что, приятно слышать его шаги за спиной. При этом Дикси страстно желала, чтобы он оставил ее одну.

И надо же Феликсу было выбрать именно ее! Взял бы с лету одну из блондиночек-сестричек с харлендовской кровью.

Дайана, Селина, Минерва, Харриетт хорошенькие барышни с очаровательными именами.

Желание высказать все начистоту стало непреодолимым. Дикси остановилась у летнего домика.

— Знаешь, Феликс, не все люди на земле получают то, на что надеются.

— Ты можешь рассчитывать на все, Дикси.

— Нет, Феликс! Ты, может быть, и в состоянии дать мне все. Но не я. Я, я не могу!

Он подошел к ней так близко, что его дыхание смешивалось с дыханием Дикси.

— Потому что ты — не дочь Максимилиана Харленда?

Слова сами собой сорвались с губ Дикси.

Феликс догадался или подталкивает меня к признанию? Но ведь его предложение не имело никакого смысла, если он знал тайну семьи Харленд.

— Я понял это с первой встречи с тобой, Дикси. Ты не принадлежала Максимилиану ни физически, ни духовно, ни эмоционально. Никаких уз, никакой связи. Ничего. Максимилиан подтвердил мою догадку, когда ты сбежала из дому, а я предложил нанять детектива, чтобы найти тебя. «Она ребенок моей жены, а не мой», — вот что он сказал мне тогда.

Сказал в сердцах, потом потребовал с меня клятвы, что я буду помалкивать. Еще бы! Он ведь был гордец, наш Максимилиан! Как он мог допустить, чтобы кто-то посторонний прознал о его позоре! — Голос Феликса вводил Дикси в гипнотический транс, так спокойно, властно и самоуверенно он звучал. — Юридически, Дикси, ты по-прежнему его дочь.

— Нет, — потерянно отозвалась она, — он лишил меня наследства, когда я сбежала.

— Он не обеспечил тебя по завещанию, но нигде нет упоминания о том, что ты неродная дочь Максимилиана Харленда.

Я могу жениться на тебе в полном соответствии с его условиями.

Дикси возразила, впрочем, почти бессознательно:

— Мать назовет имя моего настоящего отца.

Жестокая усмешка исказила черты Феликса.

— Это не в интересах Фредерики.

— А почему ты думаешь, что мой настоящий отец не объявится, когда поймет, что пахнет большими деньгами?

Феликс понимающе и с явной симпатией посмотрел на Дикси.

— Исключено.