Долгие раздумья

Я влюбилась в голубую глазурь, как только увидела эту вазу… Я так тронута!

Фредерика, обняв вазу обеими руками, растроганно смотрела на обнаженную грудь дочери, на ребенка, мирно чмокающего на руках Дикси. И никак не могла поверить, что стала бабушкой.

— Я очень люблю детей, Дикси. Из меня не получилось хорошей матери, но я, наверное, стану очень недурной бабушкой. Если ты мне позволишь, конечно.

Вечером, уютно устроившись рядом с Феликсом, Дикси как всегда растворилась в ощущении покоя, исходящем от мужа. Постель — ее любимое место в доме. «Ночи — мои!» — сказал Феликс почти год назад. Все ночи — его. И, как выяснилось, — вся жизнь.

Дикси каждую ночь засыпала с мыслью, как сильно любит Феликса, и знала, что Феликс чувствует то же самое по отношению к ней.

Он поцеловал ее в лоб и потерся подбородком о ее волосы.

— Надо же, Дикси… Даже наши мамаши нашли общий язык.

— Наш сын — победитель, Феликс.

— Он рожден побеждать.

Дикси положила голову на плечо мужа и закрыла глаза.

— Но все началось с нас, Дикси.

— Все началось с любви.

— Любовь — это когда ты готов отдать все, что имеешь. Я так люблю тебя, дорогая!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.