Долгие раздумья

Дикси внимательно вглядывалась в зеркало, веря и не веря, что роскошная невеста, глядящая на нее из серебристого стекла, — она сама. Что думал Феликс, когда выбрал для нее именно это платье? Неужели он придумал этот образ и предугадал воплощение своей фантазии?

Дикси вернулась в Лондон накануне днем. В аэропорту ее встретил роскошный лимузин, а в отеле — свадебный менеджер, очаровательная и очень компетентная молодая женщина Ливи. Ей предстояло объяснить Дикси правила игры, провести окончательную примерку свадебного наряда и просто ободрить впервые вступающую в брак молодую женщину.

Теперь Дикси стояла перед зеркалом, а Ливи расправляла шлейф ее платья.

Дикси невольно вспомнила подвенечные платья своих старших сестер: великолепные пышные туалеты с многослойными вышивками бисером, кружевами, оборками, воланами, кринолинами, делающими их хозяек похожими на сказочных принцесс.

Но этот наряд… Неправдоподобно изящен, достоин особы королевской крови.

Феликс выбрал платье в средневековом стиле с жестким корсажем из набивного плотного шелка, придавшим фигуре Дикси удивительную сексуальность и выразительность.

Небольшой стоячий воротник, отделанный золотым кантом, спускался к золотому краю вышитой вставки в форме сердца, которая сужалась к талии. Рукава облегали руки до локтя, откуда мягкими складками спадали до кистей, чуть прикрывая их золотистыми манжетами. Точь-в-точь таким же был и покрой юбки, обтянувшей бедра, но мягко расклешенной книзу изящными фалдами, сзади переходившими в шлейф, который тоже расшили золотом.

На шее у Дикси висела тонкая золотая цепочка простого, но изящного плетения, однако бриллиант в кулоне был заметно больше бриллианта, сверкавшего у нее на пальце. Серьги так же украшали солитеры изумительной чистоты. Довершала наряд невесты фата, державшаяся на золотой тиаре, которую поддерживал высокий валик волос: мастер зачесал их назад и, скрепив золотой сеткой, свободно распустил по обнаженным плечам, чтобы они естественными волнами струились по спине.

Визажисту удалось преодолеть сопротивление Дикси, поэтому макияж ее был чуть ярче обычного: глаза искусно подведены, а на губы наложена непривычная помада цвета спелой вишни.

— Никаких пастельных тонов! Вишневый с таким редким цветом волос, как у вас, — это фантастично! Мы достигнем драматического эффекта!

Услышав это, Дикси позволила визажисту делать с собой все, что угодно.

Драма. Да, это точное слово, отражающее суть происходящего, думала Дикси, глядя на свое отражение в зеркале.