Долгие раздумья

Но как им с бэби хорошо будет в большой машине Феликса…

Улыбаясь приятным мыслям, Дикси вырулила со стоянки. Светило яркое солнце, Дикси казалось, что оно прогревает ее до самой души. Дорога вела через живописнейшие кварталы города. Дикси выехала в предместье, где стоял их с Феликсом дом. «Счастливый», «дружелюбный», «приветливый» — Дикси терялась в эпитетах, которые неустанно подбирала для белого коттеджа, сооруженного по последнему слову строительной моды. Как ее дом не похож на мрачный дворец Максимилиана Харленда!

Белые стены и светлые полы дали Дикси полную свободу выбора, поэтому она обставила дом яркой мебелью.

Ничего скучного и нейтрального. Или это сказались ее испанские гены?

Больше всего Дикси нравилось проводить время в комнатах, выходящих окнами на лесной массив. Потому что окнами служили стены: одну стену дома архитектор задумал как огромное окно в лес. Дикси любила природу, поэтому всегда с удовольствием возвращалась в свой дом.

Феликс нанял небольшой штат прислуги: горничная, повар, садовник.

И никто из них никогда не входил без вызова в ту часть дома, где располагалась мастерская Дикси. Феликс до последней буквы выполнил пункты их контракта, один из которых оговаривал место для гончарной мастерской. Как и собиралась, Дикси занялась на досуге разработкой новых глазурей. Она всерьез полагала, что сможет сказать новое слово в керамике.

Досуга у Дикси оказалось больше, чем она рассчитывала. Дикси ведь надеялась наладить отношения с семьей.

С матерью, с сестрами. Но обжигала вместо этого глину. Так что у нее были все шансы совершить подлинную революцию в обжиге и покрытии керамики глазурью.

С тех пор как Дикси вновь поселилась в Лондоне, она видела только Дайану и Селину. Встретились сестры случайно, на премьере в «Ковент-Гарден». Дальше обмена дежурными приветствиями беседа не пошла. Дикси казалось, что, поселившись после свадьбы в пригороде Лондона, она стала еще больше чужой своей семье, чем когда жила на другом конце страны.

Однажды, покупая модную одежду, соответствующую ее новому статусу, Дикси заглянула и в бутик, принадлежащий матери. Приобрела там пару вещей и пригласила Фредерику в кафе на чашечку чаю.

Фредерика поморщилась, но приглашение приняла.

— Ты беременна? — спросила мать, как только они устроились за столиком.

Дикси не терпелось рассказать матери, что вскоре ее ребенок освободит их наследство, потому что совершенно точно родится мальчик.