— Я начну говорить, только когда ты будешь готова слушать, — с расстановкой втрамбовывает он в мою голову, но спокойным его не назовешь.
Он сжимает мои руки так, словно боится перегнуть и сделать больно. Для этого ему требуется полный контроль над телом, поэтому он напряжен. Может быть еще потому, что я не собираюсь специально готовится, чтобы его выслушать!
— Отпусти, — цежу. — Все, что ты собираешься сказать, можешь выслать смс-сообщением. Не трать на меня время, лучше иди и займись той грудастой блондинкой!
Он обреченно смеется.
Запрокинув голову, подставляет лицо ветру и тянет:
— М-м-м…
Снова посмотрев в мое взбешенное пылающее лицо, говорит:
— Продолжай. Не останавливайся.
Его самоуверенность выводит меня из себя. Вспыхнув еще ярче, я бьюсь в его руках и выкрикиваю:
— Ты думаешь, это смешно? Полюбить тебя опять, десять раз переломав себя внутри, а потом увидеть, как ты позволяешь трогать себя какой-то телке? Касаться, улыбаться ей! Будто меня не существует?! По-твоему это смешно?! Не спать всю ночь, думая о тебе и только о тебе, чтобы утром увидеть своими глазами подобное дерьмо?! Отвечай!
— Это не смешно, — рыкнув, притягивает к себе так, что мы сталкиваемся нос к носу.
— Смешно то, что ты можешь думать, будто в этом городе, да и, блядь, в этом мире кроме тебя существует хоть какая-то женщина, которую я хочу! Это, блядь, очень смешно, Баум! С учетом того, что я думаю о тебе и только о тебе с тех пор, как, твою мать, увидел! А теперь вдохни. Сделай гребаный вдох и слушай.
Извини! Извини, это недоразумение.
— Пошел ты вместе со своим недоразумением… — шепчу, чувствуя, как к горлу подкатывает ком.
— Прости. Меня. Я облажался.
— Ты слишком часто это делаешь!
— Я не прав, ты права. Прости. Прости меня.
— Ты свинья!
— Я люблю тебя.
— Я тебя ненавижу…
— Принимается.
— Катись в свою Канаду… — говорю хрипло."
"Напряжение, которое скопилось во мне за эти дни, превращается в горячие слезы, которые застилают глаза, мешая четко видеть лицо напротив своего.
Маленький шрам на подбородке, кофейную дымку глаз…
— Только вместе с тобой.
— Тебе есть с кем поехать. Иди. Она, наверное, тебя уже заждалась. Извини, что прервала вашу идиллию. Можете начать с того, на чем остановились… — продолжаю выплевывать из себя обиду, в то время как по щекам сбегают соленые дорожки.
— Эта женщина — мой физиотерапевт, — безжалостно продолжает Марк. — Прости. Не успел тебе о ней рассказать.
— Ах, физиотерапевт! — взрываюсь.
