Долгожданный любовник

Когда дворецкий принес еще «на лугу пасутся ко…», Куин все выпил как послушный ребенок.

Проклятье, он не собирался тратить это время на кухню. Первоначальным намерением Куина, когда он поднялся из клиники, было направиться прямиком в комнату Лэйлы. Но у Фритца оказались другие планы. Старый дворецкий даже слушать не стал возражений, что наводило на мысль, что приказ отдан сверху. Например, Тором — главой Братства. Или самим королем.

Поэтому Куин уступил, оказавшись на кухне… и все закончилось тем, что он сидел за гранитной барной стойкой, под завязку набитый как горшок.

«По крайней мере, капитуляция оказалась восхитительной», - подумал Куин позже, положив вилку и вытерев рот.

— А это, господин, на десерт.

— О, спасибо, но… — Так-так-так, что тут у нас: вазочка с кофейным мороженым, политым горячим шоколадом — никаких взбитых сливок или орехов. Как он и любил. — Тебе действительно не стоило беспокоиться.

— Разве это не ваше любимое?

— Вообще-то, любимое. — И, поглядите-ка, здесь даже серебряная ложечка.

Эх, будет кощунством позволить ему растаять.

Когда Куин принялся за десерт, швы, наложенные доком Джейн над бровью, начали пульсировать под повязкой… и боль напомнила, какой сумасшедшей выдалась ночка.

Даже не верилось, что всего час назад он находился на волоске от гибели, болтаясь в чернильном небе в самолете, больше похожем на кусок дерьма, и понятия не имел, как им управлять. А теперь? Перед ним стояло лучшее мороженое. С горячим шоколадом.

И на мороженом не было ни орехов, ни взбитых сливок, которые пришлось бы соскребать и которые испортили бы ему весь вкус.

Он рыгнул, и в каждом нерве его тела забился сигнал тревоги — Куин прекрасно понимал, что последствия сегодняшних ночных приключений будут, то накрывать на него, то отступать. Как удары хлыста по его нервной системе.

Но куда лучше иметь дело с посттравматическим шоком, чем сгореть в пламени. Или упасть вниз — в зависимости от обстоятельств.

Расправившись с десертом, Куин приложил все усилия, чтобы навязать свою помощь по уборке, прежде чем отправиться к Лэйле, но Фритц не позволил ему даже чашу с ложкой отнести в раковину.

Самое главное, что Зи вернулся в объятия своей шеллан… и больше никто не пострадал…

— Простите, господин, — произнес Фритц, протискиваясь мимо.