Долгожданный любовник

АйЭм не вернулся домой перед рассветом и, если предположить, что хуипутолы из с’Хисби не забрали парня в качестве заложника, его брат мог быть только в одном месте. После двух чашек кофе и многократной сверки времени на своих часах, Трез понял, что если он хочет помириться, ему придется пересечь город.

Есть. Комбинация не изменилась.

Неспешно шагая в полумраке пространства бара, Трез обошел дальний конец пятиярусного стеллажа с бутылками и достиг открывавшейся в обе стороны двери.

Он толкнул ее и направился в кухню, где запахи базилика и лука, орегано и красного вина рассказали ему о взвинченном состоянии АйЭма.

Естественно, парень стоял лицом к шестнадцатиконфорочной плите у дальней стены, пять огромных кастрюль медленно закипали перед ним… и, печи не были пусты, также. Между тем, деревянные разделочные доски выстроились в ряд на стальных столешницах, безжизненные макушки перцев разнообразных сортов склонялись под крайне острыми ножами.

Ставлю десятку на то, о ком думал чувак, кромсая все, что попадалось ему под руку.

— А ты вообще собираешься со мной разговаривать? — спросил Трез, глядя в спину брата.

АйЭм передвинулся к очередной кастрюле, поднял крышку белым полотенцем, погрузил туда шумовку и начал не спеша мешать.

Трез наклонился вбок, подтащил к себе табурет из нержавейки. Поерзав, уселся на стуле.

АйЭм перешел к следующему чану. И к следующему. У каждой был свой черпак для снятия проб.

Его брат заботился, чтобы вкусы не перемешивались.

— Послушай, мне жаль, что меня не было в клубе, когда ты заглянул этим вечером. — Каждый вечер АйЭм направлялся в «Железную маску» чтобы подбить итоги после закрытия «У Сэла». — У меня было одно дельце.

Вот ведь хрень, у него оно и впрямь было. Крошка дружка-вышибалы целую вечность выбиралась из его тачки, когда он подкинул ее до дому… В конечном счете он проводил ее до двери, помог открыть дверь и практически затолкал ее во внутрь.

Затем вернувшись к себе в «Бумер», газанул так, будто заложил бомбу в тот дом без лифта. Пока Трез на всех парах несся в «Железную маску» ему непрерывно чудился голос АйЭма.

Пора завязывать с этой хренью.

Тут АйЭм повернулся, сложил руки на груди и облокотился на печь. И без того здоровенные бицепсы, сейчас на напряженных руках буквально рвали его черную рубашку.

Миндалевидные глаза парня были прищурены.