Долгожданный любовник

С целью казаться охваченным страстью, он содрал пальто с плеч, а затем быстро мелькнули клыки — Эссэйл перекусил бретельки пеньюара, выставляя груди женщины на свет от камина, на акрах бледной кожи тут же затвердели соски.

Эссэйл остановился, словно охваченный представшим его взору зрелищем. А затем, вытаскивая язык, опустил голову.

В последний момент, прямо перед тем, как начать облизывать и посасывать, он поднял глаза, сосредоточившись на темном окне справа, встречаясь взглядом с женщиной, которая, как он знал, стояла в тени и наблюдала за ними…

Выстрел чистой, неразбавленной похоти накрыл его тело, поглотил его, заменяя более сильным мотивом, побуждающим к действию.

Она стала его ночной грабительницей.

И это все поменяло. С внезапным порывом, Эссэйл впился в горло женщины, беря ее вену, вытягивая из нее то, в чем он так нуждался…

Все это время представляя под собой человеческую женщину.

И отшатнулась от окна коттеджа.

Ударившись спиной о жесткую, неровную поверхность дымохода из речного камня, она закрыла глаза, ее сердце колотилось о ребра, легкие втягивали холодный воздух.

С закрытыми глазами все, что она видела — это распростертые перед ним обнаженные груди, его темная голова опускается, изо рта появляется язычок… а затем мужчина поднимает глаза и встречается с ее взглядом.

«О, Иисусе, как он узнал, что она там?»

И, будь она проклята, если ей удастся забыть образ той распростершейся под ним женщины, откинутое в сторону пальто, расположившееся в колыбели стройных бедер тело мужчины.

«Не подсматривай, — сказала она себе. — Он знает, что ты здесь…»

Из коттеджа донесся вскрик бьющейся в экстазе женщины, подтверждающий трату времени на появление в этом месте.

Сола снова склонилась к окну и всмотрелась в стекло… хотя и понимала, что не должна этого делать.

Он был в женщине, нижней частью тела совершая ритмичные движения, уткнувшись лицом в ее шею, упершись руками в диван, поддерживая верхнюю часть своего тяжелого туловища.

Он больше не поднимал взгляд. И какое-то время будет еще занят.

Вот только, неужели ей и вправду было необходимо наблюдать за всем этим?

Сола выругалась и исчезла из поля зрения, пробираясь сквозь царапающий мелкий кустарник, петляя между тонкими, голыми деревьями.