Долгожданный любовник

Она кормила его, ее тонкое, бледное запястье прижималось к его губам, его горло ритмично глотало.

Посреди вызванного алкоголем дурмана, его внезапно накрыло сексуальной потребностью, казалось, она разворачивалась в его тазу подобно открытой ладони.

Открыв глаза — а Кор даже не осознал, что их закрывал — он уставился на свою нижнюю часть тела. Яркий свет над раковинами затемнялся непрозрачной занавеской, сдерживающей воду от брызг по всей ванной, но освещения вполне хватало.

Он пожелал полнейшей темноты… потому что вид возбужденного члена не принес ему никакой радости — эта длина так по идиотский и горделиво возвышалась над бедрами.

Внезапно эта мысль привела его в отчаяние, особенно, когда пульсация между ног усилилась. По правде говоря, его тело представляло собой печальную картину, такое жалкое в своем желании… не подозревающее, что оно никому не нужно.

Особенно той, кого желало оно.

Кор повернулся, откинул голову назад и запустил руки в волосы. Пора прекращать думать и вымыться. Мыло в мыльнице, вкрученной в кафельную стену, с готовностью выполнило свой долг на его коже и волосах…

А когда пришло время выбираться из душа, Кор по-прежнему был возбужден.

Что ж, тогда об эрекции позаботится прохладный воздух ванной комнаты.

Шагнув на коврик, который тоже был выполнен в этом отвратительном ярко розовато-красном цвете, он вытерся полотенцем.

И все так же был возбужден.

Взглянув на свои рабочие шмотки, Кор осознал, что не хочет натягивать их на чистое тело. Грубые. Колючие. Грязные.

Возможно женственная обстановка развращала его.

Кор голышом завалился на спину на большую кровать.

Член по-прежнему не желал сдаваться.

Быстрый взгляд на стоящие на тумбочке часы, и осознание, что до появления бойцов совсем мало времени.

Нужно действовать быстро.

Нырнув рукой под простынь, спустив ее по своему телу, он обхватил член…

Кор зажмурился и застонал, его тело выгнулось от жара и нужды, поднимавшихся снизу. Когда подушка приблизилась, чтобы поприветствовать его щеку… хотя по логике — та была совсем с другой стороны — он предположил… он начал дрочить вверх и вниз.

Восхитительно. Особенно сверху, там, где туповатая головка его члена молила о внимании и получала его при каждом поглаживании. Быстрее. Туже.

Вообще-то, ее образ делал больше, чем сам Кор там, внизу. А когда ощущения лишь усилились, он впервые понял, почему этим так часто занимались его солдаты. Так хорошо. Очень-очень хорошо…

Ох, как же его женщина была прекрасна.