Долгожданный любовник

В возрасте восьмидесяти лет, у нее сохранились изящные черты лица женщины, пережившей тринадцать президентов, Мировую Войну и бесчисленные личные переживания. Но глаза ее горели силой бессмертия.

— Мужчина… — Ее бабушка подняла руку с сильно увеличенными суставами и обвела пальцами свои бигуди… — с темными волосами.

— Он был очень милым.

— Значит, ты его не ждала.

Сола глубоко вздохнула, молясь, чтобы ее безучастное выражение оставалось на месте не смотря на то, что сама закипала. Черт, прожив с бабушкой столько лет, думаешь, что привыкаешь к тому, что женщина прямолинейна как улица с односторонним движением, когда дело касалось расспросов.

— Нет, я никого не ждала. — И мысль о том, что кто-то так запросто явился и постучался в ее дверь, заставила Солу запустить руку в сумку, туда, где находился девятимиллиметровый с лазерным прицелом и глушителем… который, к стати, был отличной вещичкой. — Как он выглядел?

— Очень крупный. Темноволосый. С глубоко посаженными глазами.

— Какого цвета? — Зрение ее бабушки не отличалось былой остротой, но, естественно, цвет бы она различила.

— Как мы. Он разговаривал со мной на испанском.

Возможно, тот секси, за которым она следила, разговаривал на двух… а то и на трех языках, учитывая его странный акцент.

— Значит, он не представился? — Не то чтобы это помогло. Она все равно не знала, как зовут того мужчину, за которым вела наблюдение.

— Он сказал, что знает тебя и вернется сюда с тобой.

Сола взглянула на часы на панели микроволновки.

— Когда он приходил?

— Не так давно. — Бабушка прищурилась. — Ты знакома с ним, Марисоль? Почему ты мне ничего не сказала?

В этот момент они перешли на португальский, их речь стала отрывистой и перекрывающей друг друга, со всеми видами я-ни-с-кем-не-встречаюсь, переплетающимися с почему-ты-просто-не-можешь-выйти-замуж. Они так много раз спорили, что за основу спора просто брали из отрепетированных на зубок частей этой нескончаемой пьесы.

«Я бы так и сделала, бабушка, но я не знаю этого парня… и не изменишь ли ты своего мнения, узнав, что он преступник? И плейбой?»

— Он католик? — спросила бабуля, выходя из кухни.

«Он торговец наркотиками… так что, если и религиозен, у него невероятные способности к примирению с богом».

Когда тапочки прошаркали по лестнице, следом неизменно последовала череда перекрещиваний. Она могла четко это представить.

Сола выругалась, опустила голову и закрыла глаза.