Долгожданный любовник

Мгновение спустя его домушница осталась на кухне одна. Ее выражение лица отражало одновременно смирение и разочарование.

Когда она стояла там, скрестив на груди руки, качая головой, он сказал себе, что должен уйти. Вместо этого он сделал то, чего не должен был: мысленно потянулся сквозь стекло и высвободил свою потребность.

Она мгновенно откликнулась, ее гибкое тело выпрямилось и облокотилось на барную стойку. Ее глаза встретились с его через стекло.

— Иди ко мне, — сказал он в холодный воздух.

Задняя дверь скрипнула, когда она толкнула ее бедром, заставив вырезать нижним краем кусок пирога в снеге крыльца.

Ее запах был амброзией для него. И когда Эссэйл сократил между ними расстояние, его тело охватила животная похоть.

Эссэйл не останавливался, пока не оказался всего в дюймах от женщины. Так близко, грудь к грудям, она оказалась куда ниже его, но воздействие ее на него было гороподобным: его кулаки сжались, бедра напряглись, сердце гнало разгоряченную кровь.

— Не думала, что увижу тебя снова, — прошептала она.

Его член затвердел еще больше, лишь от звука ее голоса.

— Кажется, у нас осталось одно незавершенное дело.

И оно не включало в себя деньги, наркотики или информацию.

— Кажется, по этому поводу я уже ясно высказалась. — Она откинула назад волосы, как будто ей было трудно стоять неподвижно. — Больше никакого шпионажа с моей стороны. Обещаю.

— Да, ты дала мне свое слово. Но, кажется, я соскучился по твоим глазам на мне. — В морозном воздухе послышалось ее едва слышное шипение между их губами.

Она быстро отвела взгляд. Снова посмотрела на него.

Его домушница нахмурилась… вероятно из-за употребленного им слова «человек».

— Нет. Не из-за него.

— Значит, он здесь не живет.

— Нет, здесь живем только мы с бабушкой.

— Почему у тебя вообще сложилось другое мнение?

— Сам ежедневно задаюсь этим вопросом, — пробормотал он. — Но объясни, если дело не в том парне, почему мы не можем встречаться?

Его домушница снова откинула волосы за плечо и покачала головой.

— Говорит женщина, которая почти всегда вооружена.

Она вздернула подбородок.

— Думаешь, я не видела тот окровавленный клинок в твоем коридоре?

— Ах, э-это. — Он отбросил упоминание взмахом руки. — Просто забочусь о бизнесе.

— Я думала, ты убил его.

— Марка… моего друга.

— Друг, — услышал собственное рычание Эссэйл. — Вот кто он.

Эссэйл достал сигару, собираясь ее уже прикурить, но женщина остановила его.

— Моя бабушка учует запах.