Долгожданный любовник

И некому было его поддержать в борьбе с наследием дискриминации, которой он подвергался… и с личностью, которую он не мог изменить и, по-видимому, больше не мог игнорировать.

— Это разрушило все.

Блэй положил руки на мощные бицепсы парня.

— Нет, ничего не разрушено. Не говори так. Ты тот, кто ты есть, и все в порядке…

Куин повернул голову. Голубой и зеленый глаза, видневшиеся через растопыренные пальцы руки, которой он все еще прикрывал лицо, были покрасневшими и полными слез.

Когда в ушах Блэя взревел визг шин, а мир начал вращаться, Куин просто продолжил:

Блэй судорожно сглотнул, когда Куин снова уставился на стеллажи с бутылками за барной стойкой.

Блэй открыл рот, пытаясь что-нибудь сказать, но вместо этого от начала до конца мысленно воспроизвел этот монолог. Господи…

А затем его осенило.

Внезапно вся кровь отхлынула от головы Блэя, когда он расшифровал истину в словах, которые так неправильно истолковал, и понял… что в ту ночь, когда он…

— О боже, — произнес он низким голосом.

— И вот я здесь, — мрачно подвел итог боец. — Хочешь выпить…

Слова просто вырвались из уст Блэя:

— Мы с Сакстоном больше не вместе.

Куин во второй раз за вечер сжал голову. Конечно же, ему не могло послышаться…

— Мы расстались две недели назад.

— Как… подожди, я не понимаю.

— У нас не срослось. Уже как-то давно. Когда он вернулся в ту ночь, после того, как с кем-то был? Мы уже не были вместе, так что он мне не изменял.

— Но я думал… погоди, вы двое выглядели такими счастливыми.

— Вот дерьмо-о-о-о-о. Я чуть его не убил.

— Ну, полагаю, ты проявлял доблесть. Он это знает.

Куин нахмурился и покачал головой.

— Я понятия не имел, что вы двое… ну, вообще-то, это я уже говорил.

— Куин, мне нужно тебя кое о чем спросить.

— Валяй. — Если, конечно, он сможет на чем-то сосредоточиться.

— Когда мы… в ту ночь… и тогда ты сказал, что у тебя никогда не было… ну, ты понимаешь…

Куин ждал, что парень продолжит. Когда же Блэй ничего не сказал, Куин понятия не имел, к чему тот клонил…

Куин поверить не мог, но его щеки стали красными и пылающими.

— Ты и правда никогда…

Учитывая все то, что он тогда выпалил, эта маленькая песенка казалась всего лишь незначительной строчкой. Кроме того, правда есть правда.

— Ты первый и единственный мужчина, с которым я когда-либо был в таком плане.

Блэй молчал, а затем:

— Боже, мне так жаль…

Куин вскочил, обрывая ненужное извинение.

— А мне нет.