Долгожданный любовник

Вода в душе придала парню одновременно мокрый и сексуальный вид… и, дражайшая Дева-Летописеца, Блэй отдал бы почти все на свете, чтобы только завернуть за кафельную перегородку, опуститься на колени, вобрать член Куина в рот и ощутить, как пирсингованная головка ласкает его язык, пока он самозабвенно отсасывает парню…

Изданный им звук отвращения, эхом отразился в пространстве и показался громче, чем был на самом деле.

Открыв глаза, Блэй попытался выкинуть из головы все атакующие его разум фантазии. Но чернильная мгла в комнате не помогала.

Она лишь создавала идеальную сцену для новых образов.

Выругавшись, он выполнил упражнение из йоги, снимающее напряжение в каждой части тела, начав с движений бровями, затем переходя к жестким мышцам, от плеч до основания черепа. Его грудь также была напряженной, грудная клетка сжалась без причины, а на предплечьях резко проступили бицепсы.

Дальше он должен был сфокусироваться на прессе, потом ягодицах и бедрах, коленях и лодыжках… и пальцах ног.

Но до этого не дошло.

И опять же, попытки сделать этот стояк чуть сговорчивее, потребовали бы более красноречивого убеждения, которым одурманенный алкоголем мозг явно не владел.

К несчастью, был всего один способ избавиться от Мистера Счастливчика. И он состоял в темноте, собственной руке и прикрытием мол: никто-никогда-не-узнает. Почему бы ему просто не передернуть, спустить пар и на этом не угомониться? Это ничем не отличалось от пробуждения с наступлением ночи со стояком… потому что, бог знает, что в этом занятии участие эмоции не принимали.

К тому же он находился в алкогольном опьянении, верно? Поэтому это было следующим шагом.

Блэй уверял себя, что это не измена Сакстону. Он не был с Куином… и Сакстон был единственным, кого он хотел…

Некоторое время он продолжал составлять все плюсы и минусы, но, в конце концов, рука приняла решение за него. Прежде чем Блэй осознал, его ладонь скользнула за пояс шорт и…

Шипение, которое он издал, взяв в руку член, прозвучало как выстрел в тишине, и так же громко скрипнуло кресло, когда сдвинув бедра, Блэй вжался плечами в кожаную спинку.

Горячий и твердый, длинный и набухший член умолял уделить ему внимание, но угол для движений оказался неподходящий — в чертовых шортах совсем не было места.

По какой-то причине идея о том, чтобы оголиться ниже пояса заставила Блэя почувствовать себя грязным, но его чувство приличия довольно быстро сдало позиции, когда все, что парень мог сделать — это крепче сжать свой стояк.