А маман съехала к вашему папе, подальше от злой иронии маркизы.
— А кто у нас маркиза? — спросил Стрельцов, дав себе по-быстрому установку ничему не удивляться.
После знакомства-то со Степаном Ивановичем чему уж теперь!
— Анфиса Потаповна, она же Фенечка, — ответствовала, не переставая улыбаться, Инга, — она же маркиза, прозванная так за тяготение к манерам недобитого дворянства и живость ироничного склада ума.
— И где она сейчас?
— Они со Степаном Ивановичем смотрят сериал, — спокойненько пояснила Инга.
Стрельцову пришлось оперативно напомнить себе ранее данную установку ничему не удивляться. Подумаешь, свиньи телевизор смотрят! В цирке и обезьяны курят! У него в кармане брюк завибрировал телефон, закрепив вызов мелодией, спасая Игната Дмитриевича от рассуждений о способностях и возможностях братьев наших меньших.
— Извините, — соблюл этикет он и ответил: — Да!
— Я звоню тебе уже десятый раз! — атаковала Марина в свойственной ей манере. — Почему ты не отвечаешь?!
Стрельцов бросил быстрый взгляд на Ингу, но вставать и выходить из кухни, унося разговор в область тет-а-тета, не стал.
— Здравствуй, Марина, — попытался остудить ее кипение холодностью тона он.
Не-а! Это не канает, когда Марина в праведном негодовании! Только радикально-действенные меры, например отключение телефона, на крайняк скотч на рот или кляп.
— Что у вас там происходит?! Четвертый час, а ты не соизволил позвонить и сам не отвечаешь! У Машки телефон так и выключен! Ты с ней поговорил?!
— Пока нет.
— Что значит нет?! Вы вообще где?!
— Еще в Москве, — и повысил голос до требовательного: — Прекрати кричать!
— Как в Москве?! — проигнорировала его требование Марина. — Пусть она немедленно едет домой!
— Значит, так! Если ты не прекратишь разговаривать со мной в подобном тоне, я больше отвечать на твои звонки не стану! — хладнокровно пугнул бывшую жену Стрельцов.
На этот раз она его услышала и прониклась серьезностью предупреждения.
— Игнат, отправь ее домой! — без прежней истерии и воплей, но с требованием обязательного исполнения произнесла она.
— Марин, успокойся. Мы с ней поговорим, я все решу и позвоню тебе, — пообещал Стрельцов."
"Она еще что-то говорила, высказывала претензии. Игнат не стал слушать, отключился, убрал телефон в карман, посмотрел на молчавшую Ингу и попытался что-то объяснить:
— Это Машина мама. Она очень волнуется.
— Правильно, — пожала плечами Инга, усилив свое утверждение жестом. — Это нормально.
