Те девочки, с которыми он дружил, хорошо вырезали из бумаги, вышивали цветочки на носовом платке или рисовали, но скручивать проволоку не умел никто.
На следующий день, едва мама и папа уехали на работу, Игнаша был на развалинах. На счастье, его оставили с Варей, а Варя всегда разрешала ему бегать неподалеку. Рядом лежал большой моток проволоки из папиной мастерской. Он рассудил, что девочки редко носят с собой на прогулки мотки проволоки. Вдруг Мария забудет про свое обещание?!
Нежное утро в прохладной дымке с Сены медленно сменилось на жаркий день.
Очень хотелось пить. Облизывая пересохшие губы, Игнаша то и дело вскакивал на камень и смотрел в сторону деревни, где жидкий воздух качал красные крыши домов и домиков. Туда и обратно мимо проехал на велосипеде почтальон месье Рико. Надвинув на голову кепку с козырьком, месье Рико сосредоточенно крутил педали, а его большая сумка с шумом хлопала по колесу. Когда тень от большого каштана переползла за изгородь, Игнаша вдруг вспомнил слова Марии об отце и похолодел от ужаса.
Так вот почему она не пришла! Отец проиграл ее в карты!
Эта мысль заставила его вскочить на ноги. Сжимая в руке моток проволоки, он заметался вдоль изгороди, думая, как поступить. Что надо предпринимать и как выручать Марию, Игнаша не представлял, но сидеть на месте решительно не мог.
В деревню вела длинная кипарисовая аллея, прерывавшаяся у мостика через ручей. Игнаша побежал по ней так быстро, что ветер бил в лицо и в глаза набивалась мелкая пыль, от которой хотелось остановиться и заплакать.
С мамой или Варей он сто тысяч раз ходил по этой аллее в магазин или в аптеку, но сейчас, когда он был один, дорога тянулась нескончаемым туннелем, где за каждым поворотом подстерегают опасности. В мозгу проносились сказки о пропавших детях, за ореховым кустом мелькал хвост Серого Волка, недавно проглотившего Красную Шапочку, где-то вдалеке раздавался хруст шагов Кота в сапогах. Кота Игнаша не боялся, но на всякий случай припустил еще быстрее, переведя дух лишь на окраине деревни.
Две старушки, жившие в первом доме, сидели под вишневым деревом и обедали. Сквозь пышную листву живой изгороди виднелись одинаковые кружевные шляпки и слышался звон тарелок. Старшая сестра – мадам Роше – любила варить лакричные тянучки, а младшая – мадам Серизьен – как-то раз подарила маме старинный журнал мод. Мама сказала, что это большая редкость.
