Водопровод не работает, фасады единичных уцелевших зданий обшарпаны, кое-где по штукатурке тянутся следы от пуль.
– И как только здесь живет население, а, товарищ полковник? – сказал Ладынину шофер Петя, резко выворачивая баранку вправо. Уазик тряхнуло, и, пролетев колесом мимо одной ямы, он прочно сел брюхом в глубокую лужу зеленоватой жижи.
– Товарищ полковник, я не нарочно, – с виноватым видом заныл Петя, – кто же знал, что здесь так глубоко.
Угадывая, что последует за остановкой, Ладынин глянул на него с бешенством:
– Сейчас тебе небо с овчинку покажется!
Кажущийся безлюдным поселок вдруг ожил.
Со всех сторон к машине бежали дети. Сверкая на солнце гладкими темными животами, они толкались, подпрыгивали и кричали, кричали, кричали, заполняя собой все пространство улицы. Негритят было так много, что шофер Петя замер в ступоре. Он служил в Африке недавно и еще не проникся местными реалиями.
Резким движением Ладынин выпихнул Петю из машины и пересел за руль, чувствуя, как боль кулаком саданула в сломанный позвоночник:
– Давай толкай, если хочешь унести ноги!
Стоя по колено в густой субстанции непонятного оттенка, Петя навалился на задок кузова.
В боковое зеркало Ладынину было видно его побагровевшее лицо, к которому тут же прибавилась черномазая рожица с тугими косичками по всей голове. Потом другая, третья. Окружившие машину дети рвали гимнастерку на Петиной спине, залезали в карманы брюк и расстегивали ремень.
– Амиго, амиго! Чопи! Чопи!
«Друг, дай еды» – эта фраза преследовала белых по всей Анголе, куда бы ни ступала их нога.
Как-то местный царек в разговоре с Ладыниным высказал мысль, что белые столько веков угнетали Анголу, что пусть теперь кормят. Возможно, эта мысль крепко засела в головах местного населения, и «чопи-чопи» стало чем-то вроде приветствия, невыполнение которого было чревато полным разором имущества и порванной одеждой.
Прямо перед глазами Ладынина на лобовом стекле лежал карапуз лет пяти и с видимым удовольствием колотил в стекло голыми пятками.
Слава Богу, стекло было закаленное, пуленепробиваемое. Поняв, что проникнуть в машину не получится, малыш неторопливо сполз и принялся весело забрасывать машину пригоршнями грязи.
Все это напоминало Ладынину прочитанную в детстве книжку «Гулливер в стране лилипутов», и ему было бы смешно, если бы не было так грустно."
"С натугой, чихая и захлебываясь, машина двинулась с места, оставляя позади себя орущую голопузую толпу ребят.
