Родственников иных, способных раздуть скандал, у меня нет. Матушка — единственная законная наследница, да и дом перейдет ей во владение уже не от отца, но от меня… почти законно.
И гадко.
— Но ты не отвлекайся, дорогая…
Она удалилась.
Медленно и с достоинством.
Она устроилась на той же террасе и долго пространно рассуждала о красоте…
А я думала, удастся ли мне посадить эту тварь.
ГЛАВА 25
Исиго я нашла на той же террасе. Он сидел и рисовал на истоптанном снегу картинки.
Квадрат.
Треугольник.
Кривоватый круг, от которого змеями расползались кривые линии.
— Что это?
— Тебе не следовало вставать.
Пожалуй, но и лежать я не хотела. Гости покинули дом, и кошка, выбравшись из укрытия, вернулась под руку мою. Точнее, на руку, с которой она переползла на грудь, где и развалилась, громко, пространно мурлыча. И голос ее разбивал странное оцепенение, охватившее меня.
Я, кажется, только тогда и поняла, что лежала, уставившись в потолок.
Я бы, наверное, и не дышала, если бы могла просто взять и приказать телу.
Или вот сердце… стучит, качает кровь… какой в этом смысл?
Куда все подевались?
Пес и тот исчез.
Ушел следом за хозяевами? Нехорошо… или безразлично? Кошачьи когти впились в кожу, и легкая эта боль пробудила меня окончательно.
Я села.
И встала.
И сумела добраться до двери, а потом до веранды…
— А он не просто колдун. — Исиго смотрел на меня снизу вверх, и сквозь нарисованную маску я видела его лицо. Такое юное и такое… напуганное. — Он действительно отмечен печатью Ёми.
А было так.
Некогда простирались благодатные земли, сотворен ные прекрасной Идзанами, дабы порадовать супруга своего. И омывали их щедро воды великих морей. Приносили они рыбу и зеленые водоросли, которыми и питалось все живое.
Висело на небе солнце, любуясь миром.
И водили хороводы молодые волны…"
"Появлялись из них и утробы Идзанами боги. А среди них один, чья сила была сродни огню. Опалило новорожденное божество Идзанами, и так сильно, что распалось ее тело, выпустило душу.
Камнем рухнула она с радужного моста и, пронзив волны, пробила и твердь. Заплакала тогда земля желтыми слезами и родила проклятый источник, от которого и родилась вся тьма, что только есть в мире. А из первой слезы появился Ёми. Был он настолько уродлив, что солнце, лишь взглянув на него, в ужасе спряталось.
Так появилась ночь.
Идзанаки, супруг Идзанами, взял на руки огненного младенца и швырнул его в море, столь велико было горе его.
