Дом Солнц

— Можно просьбу? — спросила я, когда к щекам снова прилила кровь.

— Давай, — кивнул Чистец.

— Когда мы подлетали к Невме, Геспер выразил нам с Лихнисом свое пожелание. Он дал понять, что хочет попасть к Фантому Воздуха.

— Он ясно выразился?

— При тех обстоятельствах яснее и быть не могло. — В горле пересохло. Я поняла, что, если не убедить шаттерлингов сейчас, второго шанса не будет. — Я уже говорила с магистратом, но, вероятно, выбрала неудачный момент. Прошу Линию помочь мне добиться встречи с Фантомом.

— Ты сказала об этом Каскаду и Каденции?

— Магистрат была рядом, а при ней снова говорить о Фантоме не хотелось.

— Может, у роботов собственное мнение на этот счет, — предположил Чистец. — Геспер — их сородич, проще всего передать его им и считать проблему решенной.

— Проще не значит правильнее, — возразил Аконит. — Раз Геспер обратился к Портулак с конкретной просьбой, нужно отнестись к ней со вниманием.

— Верно, — кивнул Паслен.

— Машинный народ тоже злить нельзя, — заметил доселе молчавший Утесник.

— Определенные дипломатические сложности это нам создаст, — задумчиво проговорила Эспарцет. — Мы, как Линия, превыше всего ставим интересы наших гостей. Раз Геспер обратился к Портулак с такой просьбой, нужно постараться ее выполнить. Это не обязательно выльется в конфронтацию с машинным народом. До сих пор Каскад и Каденция проявляли удивительное понимание. Вряд ли их отношение изменится, если обрисовать им нашу проблему.

— Тебе это известно как никому другому, — заметил Чистец, ведь именно Эспарцет привезла роботов на сбор.

— Рассуждают они здраво и наверняка поймут наши трудности, — продолжила Эспарцет. — Из этого не следует, что их предложения надо игнорировать.

— Портулак, важно это или нет, но я целиком и полностью на твоей стороне, — заверил Аконит.

— Спасибо, — сказала я.

— На меня тоже, — подал голос Паслен.

Пока одобрительный ропот не сменился бурными криками, Чистец коротко кивнул:

— Хорошо, Портулак будет добиваться встречи с Фантомом, обращаясь к правителям Невмы от имени Линии.

Лихнис пришел ко мне чуть позже, когда я ждала ответ магистрата на просьбу об аудиенции. Я стояла на балкончике с низкими перилами, который сообщался с комнатой через проницаемую дверь-мембрану, собиралась с мыслями, выстраивала факты в подобие убедительной, логически обоснованной линии.