Дом Солнц

Каждое движение сопровождалось порывами ветра и безумным гулом с разительно меняющейся громкостью — то он не слышался, а скорее ощущался, то перерастал в рев, от которого раскалывалась голова. Портулак стиснула мне руку, и я понял, что давно так не боялся и не чувствовал себя таким беспомощным. Внезапно надежда спасти Геспера, передав его Фантому, показалась по-детски нелепой — речь о жизни друга, а мы в сказку поверили. Однако пути назад не было, с площадки нас мог увезти только флайер, который прилетит еще не скоро.

Фантом собрался над платформой — облако размером с полнеба превратилось в грозу, бурлящую прямо над нами. Под ним и вокруг него осталась прослойка чистого воздуха. В ревущем сердце грозы я различал лишь черноту — слой механизмов был столь плотным, что не пропускал дневной свет. Мрак разбавляло только мерцание огоньков — так общались бесчисленные устройства. Полил дождь, хотя до появления Фантома даже влажно не было.

Фантом начал снижаться. Захотелось пригнуться, но я понимал, что это бесполезно, и остался стоять, только взглянул на укрытие.

Портулак, наверное, думала о том же и покачала головой. Верно, мы прилетели сюда ради Геспера, а не прятаться за стенами, которые все равно не защитят.

Моя подруга ткнула пальцем в постамент и сквозь рев Фантома прокричала:

— Туда! Покажем, зачем мы здесь.

Я понимал, что она снова права. Держась за руки, мы зашагали через платформу туда, где оставили Геспера. Казалось, он за нами наблюдает, но, судя по тусклому взгляду, не узнаёт. Огоньки за стеклянными панелями на миг заплясали быстрее, но потом снова замедлились и поблекли.

Они как будто потемнели с момента нашего прилета сюда.

Фантом опустился еще ниже и заслонил все небо. Стало сумрачно, словно уже смеркалось. Рев казался невыносимым, черное облако застыло над нами жадно раскрытым ртом. От его пурпурной каймы отделился поток похожих на мусор механизмов и зазмеился вниз, будто на разведку. Завихрившись смерчем, он сузился и превратился в зонд, который повис над Геспером, не задевая его, хотя несколько раз тянулся к нему и отстранялся.

Вопреки неоспоримой силе Фантома Воздуха явственно чувствовалось его опасение. Думаю, за все время своего существования таких, как Геспер, он не встречал. Наверное, Фантому впервые попалось существо, по сложности не уступающее ему самому, хотя принципиально иного вида и происхождения.

Зонд снова потянулся к Гесперу, и я наивно решил, что цель достигнута — наше подношение принято и расценено верно.