Дом Солнц

Но вообрази, что в том мраке есть галактики, каждая спрятана за собственной Пустошью и связана с ближайшей каналом сверхсветовой червоточины. Только представь, Лихнис, представь огромную, многотысячную сеть галактик, равную целому суперскоплению.

— Пустоши видны. Они блокируют свет микроволнового фона.

— Может быть. — Стеклянный тип отмахнулся, словно счел мое замечание совершенно неинтересным. — У Первых Роботов есть другие теории, согласно которым суперцивилизация может делать Пустоши невидимыми, если сочтет нужным.

На практике мы таких высот еще не достигли, но кто знает, что станет возможным через миллион или миллиард лет. Червоточины еще просыпаются после долгого бездействия. Во время перехода ты наверняка заметил, как сильно и непредсказуемо меняется пространство-время. Пустошь тоже лишь приближается к своему окончательному состоянию.

Я хотел было вставить слово, но стеклянный тип перебил:

— Смысл в том, что космос безграничен. Я — последний из Первых Роботов, но это лишь потому, что сам решил остаться.

Мои собратья покинули Андромеду по исходящим каналам, решив улететь по ним как можно дальше. Почти уверен, что они уже за Местной Группой, если еще не достигли Пустоши Волопаса.

— Что они надеются там найти?

— Если честно, она вызывает у меня страх.

— Так же, как у нас суперцивилизация Волопаса, если она существует.

— Вы полетите туда? — спросил я, наблюдая за туманом, поднимающимся из расселины.

— Вполне возможно, когда закончу здешние дела. Хватит с меня Андромеды.

— А мы? Вы накажете нас за содеянное?

Стеклянный положил шариковую ладонь мне на спину:

— Ты впрямь думаешь, что нас интересует наказание?

— Мы едва вас не истребили.

— Верно, и это непростительно. Однако мы даруем вам прощение. Зачем быть суперцивилизацией, если изредка не позволять себе такое? Я мог бы столкнуть тебя со скалы и смотреть, как ты летишь в пропасть. Определенное удовольствие я, наверное, получил бы, памятуя, как вы с нами поступили. Только разве это поможет мне достичь истинных целей?

Шариковая ладонь перестала давить, и я чуть подался назад:

— Такого я не ожидал.

— Сюрпризы — это всегда здорово. Разумные существа вроде нас с тобой ради них и живут. — Стеклянный тип рывком поднялся на ноги. — Шаттерлинг, эта галактика нам почти не нужна, забирайте ее. А вот в сеть червоточин за нами лучше не лезть. Хотя бы пару миллионов лет, ну, не пару, а пять-десять. Потом поговорим как метацивилизация с метацивилизацией.