Донор

Мужчина в бирюзовой униформе вышел со снимками и распечаткой. Костя встал, не скрывая волнения, потоптался на месте.

— То же, что и здесь, — сказал врач и потряс снимками и распечатками. — За исключением пары пятнышек в мозгу, с вашим отцом все хорошо, и если он будет жаловаться, не верьте ему — он симулирует. — Мужчина улыбнулся. — Анализ говорит о том, что он здоровее здорового.

— А как же пятнышки?

— Это скорее возрастное. Ничего из ряда вон, допустимо.

— Хорошо, — произнес Костя, принимая снимки. — Но вы же видели его снимки прошлого года? Что можете сказать?

Врач замялся, пожал плечами.

— Если вы разучились верить в чудеса, то вам придется научиться вновь. Понимаю, что слышать подобное от доктора по меньшей мере странно, но доля чудес даже в медицине становится пугающе большой. Конечно, всему можно найти объяснение. И мы найдем их. Вот только сейчас мне вас порадовать нечем — я пока не могу объяснить природу вашего чуда. Радуйтесь — вот что я скажу. Кто-то дает вам еще один шанс…

Шепот преследовал ее по всему дому.

Наташа даже подумала, что Фарида решила извести ее — сделала запись и включала… Да нет же! Не много ли полномочий наемному рабочему? Чтобы запись шепота доходила до того, кому она предназначалась, необходимо распихать динамики по всему дому. А кто у нас такое может? Костя! Может, не зря она ревновала? Может, они вдвоем решили избавиться от нее? Фарида стирала в подвале, Наташа бесцельно бродила по дому в ожидании Олеси.

Шепот ворвался грубым шелестом в ее уши. Она определенно слышала слова, но не могла их разобрать.

Либо они были настолько невнятны, либо произносились на каком-то неизвестном ей языке. Именно это и навело ее на мысль, что это дело рук Фариды. Иностранка у них в доме она одна.

Наташа хотела спуститься в подвал и спросить прямо, но подвал ее пугал больше, чем возможный сговор мужа и домработницы. Она постояла у двери, прислушиваясь, но ничего, кроме ровного гула стиральной машины, не услышала. Даже зловещий шепот прекратил донимать Наташу.

Она прошла в гостиную и решила все-таки разобрать несколько коробок до приезда сестры.

Неваляшка стояла на коробке с документами и смотрела на Наташу большими пластмассовыми глазищами. Наташа была уверена, что оставила ее на тумбочке у кровати. Хотя из-за шепота могла и прихватить с собой. Игрушка сына ее иногда пугала, но Наташа почему-то думала, что это сын ей на что-то указывает. Возможно, на измену…

Наташа взяла неваляшку; та приветливо отозвалась бубенцами.