Донор

— Посмотрите! — воскликнула Наташа, но, взглянув на цыганку, поправилась: — Олеся, посмотри.

Она ткнула в центр какого-то листа.

— Только один-единственный канал проходит под жилым сектором. И то это сейчас. В 40-е годы тут поле было. Вот посмотри на эту карту и на вот эту.

Наташа положила два листа рядом. На современной карте поверх домов был прочерчен простым карандашом канал. Наверняка участковый провел свое расследование. Олеся вспомнила, что пару дней назад полицейского интересовало отсутствие соседей.

Полицейский все-таки помог им, несмотря на то что превратился в монстра или… Олеся забыла, как называла их старая цыганка. Но почему-то хотела вспомнить, как будто от этого зависела их жизнь.

— Это не злые духи, — произнесла старуха. — Точнее, не только они. Баро сказал, что когда нацисты на глазах у него сбросили всех детей, они призвали на помощь своих предков. Проклятия и призывы были настолько сильными, что вместе с предками пришел Рудра.

Олесе надоела эта игра малознакомых слов, и она не выдержала и спросила:

— Послушайте, ладно Барон, мы знаем, кто такой цыганский барон, но вот Рудра…

Цыганка остановила ее, подняв руку.

— Нет никаких баронов. Баро — это главный в таборе. Рудра — это бог цыган.

Ворожея замолчала. Наступившая тишина звенела в ушах. В чувства их привел шорох под столом. Олеся почувствовала, как мурашки побежали по коже на руках и спине, но все-таки нагнулась и посмотрела под стол. Там, слегка покачиваясь, стояла помятая неваляшка.

Возможно, кто-то из них подтолкнул ногой игрушку. Будто опровергая чудовищные обвинения, неваляшка качнулась сильнее, потом накренилась в одну сторону, в другую, а когда выпрямилась, она стояла на огромных паучьих лапах. Олеся дернулась и больно ударилась о крышку стола. Неваляшка посмотрела на девушку (Олеся была уверена, что теперь на пластиковом лице она видела жизнь) и, развернувшись на волосатых лапах, побежала из кухни, к кабинету. Олеся выпрямилась и встала.

— Мне кажется, нам надо спешить.

У нас почти не осталось времени.

Террикон выглядел неприступной горой. Черный с проплешиной лунного света по левому боку горбатый монстр. Наташа не была так близко с терриконом, тем более ночью. А днем на приличном расстоянии он выглядел вполне миролюбиво. Но не сейчас — ночь, близость и знание того, что террикон в своих недрах хранит зло. Зло, вызванное преступлением прошлых лет.

Наташа не понимала, как им удастся остановить это все.