Донор

Наташе захотелось закричать, но она тут же прикрыла рот ладошкой и все-таки уронила игрушку. Неваляшка звякнула о тело старика и упала на пол. Кукла покачивалась у ее ног, словно осуждая. Осознание того, что Наташа не успела простить и проститься, едва не вырвало из нее крик, но следующей мыслью было: «Кто накрыл труп?» Фарида проверила пульс (между прочим, это ее прямые обязанности — следить за состоянием больного), убедилась, что пациент мертв, накрыла тело и пошла читать журнал? Либо пока она читала, старик умер и сам себя накрыл?

Наташа дрожащей рукой взялась за покрывало, медленно потянула на себя.

Очень медленно, ей казалось, что ткань не сдвинулась ни на миллиметр. Но она не могла быстрее. Показались спутанные седые волосы, морщинистый лоб, мохнатые брови, сведенные в суровой гримасе… Разве у мертвых не расслабляются мышцы? Но сейчас Наташу беспокоило не только это. Тварь пьет кофе на ее кухне, по соседству с мертвецом. А как же вызвать «Скорую»? Когда одеяло открыло лицо, старик открыл глаза и улыбнулся. От неожиданности Наташа отскочила назад, споткнулась и, потянув за собой покрывало, упала. Быстро встала, пытаясь понять, что происходит. Поднявшись на ноги, Наташа осталась на почтенном расстоянии от кровати старика. Беспомощного и живого старика. Он просто спал, покрывало было на нем, только слегка сползло.

В комнату вошла Фарида. С блюдечком в одной руке, а чашкой в другой. Отпила кофе и снова спросила:

— Ты кричала. Что-то случилось?

Наталья наконец-то оправилась от шока.

Еще раз посмотрела на спящего свекра. Могло ли ей почудиться, что его лицо накрыто? Что накрыто лицо, улыбка и то, что она, падая, сорвала со старика покрывало? Не могло. Но ведь почудилось.

Наташа мотнула головой.

— Ничего. Просто споткнулась.

Алексей не знал, что с ним случилось, но это явно переходило все границы. Это уже не было обычным чудачеством. Страхов на всякий случай кочергу оставил при себе и сел рядом. Рома облизал руки и снова засунул их в месиво.

Страхов скривился.

Удивительно, судя по тому, что он видел, это должно было источать смрад, но запахов в кухне не было никаких. Ни хороших, ни плохих.

— Что с моей семьей? — спросил Страхов, поборов позывы рвоты.

Рома перестал жевать и уставился куда-то за окно.

Алексей подумал, что тот увидел вернувшуюся собаку.

— Где они? Я видел, что в доме живут другие люди.

Роман засмеялся, все, что было во рту, разлетелось по столу. Страхов вскочил, взяв удобней кочергу.