Дориан Дарроу: Заговор кукол

 — Сейчас покушаешь…

Она суетилась, накрывая стол прямо в комнате, и Мэри, все-таки объявившаяся, помогала тетке. Какие они неуклюжие. Медленные. И любопытные.

Эмили умылась, позволила расчесать волосы и, наконец, села за стол. И тетушка, налив изрядно подостывшего кофе, наконец, сказала:

— Тебе с утра доставили пять букетов!

— Один от виконта Эшли и…

— …чудесные цветы, просто чудесные! — поддакивала Мэри.

У цветов есть запах. Запах вызывает головокружение и обморок. Кажется, Эмили не совсем здорова.

— И еще визитных карточек одиннадцать! — с триумфом завершила рассказ тетушка и уставилась, ожидая одобрения.

— Это хорошо, — Эмили заставила себя съесть гренку. Запила молоком, у которого был отчетливый металлический привкус. От запаха кофе ее едва не вывернуло. — Принеси.

Мэри вихрем унеслась, а вернулась с резной шкатулкой. Эмили откинула крышку, задумчиво провела пальцем по жестким ребрам карточек и закрыла.

— Ванну приготовь. Тетушка, вы идите, я скоро спущусь в сад. Погода замечательная, — Эмили понятия не имела, какова погода на самом деле, но твердо знала: тетушка должна уйти.

Но избавиться от них оказалось не так просто. Пришлось принять ванну, позволить вытереть себя, надеть нижнюю рубашку, корсет, который жестко зашнуровывать не стали. Синий чехол. Узкий кринолин. Юбку и, наконец, сатиновое платье, отделанное белой кружевной лентой.

Волосы Мэри заплела в косу, которую уложила вокруг головы. Голове стало тяжело и неудобно.

Странное внутреннее ощущение неправильности росло, и когда подали перчатки, терпение Эмили лопнуло.

И Мэри каким-то внутренним чутьем сообразив, что лучше не перечить, выскользнула за дверь. Теперь можно было заняться и визитными карточками. Их Эмили вытряхнула на стол.

Жесткие прямоугольники. Острые края. Одинаково изящные и скучные вензеля. Имена. Титулы. Должности. И снова имена.

Нужная отыскалась не сразу. Квадрат плотной сероватой бумаги с плохо пропечатанными буквами. Значение имеют лишь два слова: "Доктор Дейвил".

Карточку Эмили спрятала в корсаж, остальные же аккуратно сложила.

Пожалуй, теперь можно было и спуститься.

— Все получилось замечательно! Просто замечательно! — отец как всегда бурно выказывал свои эмоции, и сейчас, не удержавшись, вскочил и сдавил Ольгу в объятьях. От отца разило духами, притираниями и чесноком. Но Ольга смолчала и лишь голову повернула, подставляя щеку под поцелуй.