Дориан Дарроу: Заговор кукол

Вытираться не было сил, и Перси просто закрутился в простыню и сел, прислонившись к занозистому боку ящика. Настолько хреново ему даже в тот раз не было.

— Ты выглядишь жалко, — вампир, устроившись в кресле, баюкал раненую руку. Судя по скрученным пальцам и тому, как Дорри ее держал, досталось ему крепко.

— На себя посмотри, — буркнул Перси. — Следил за мной, да?

— Ни в коей мере. Случайность, одна из тех, что управляют миром.

Трепло. Как новый офицеришка, из-за которого Перси пришлось домой вернуться. Чешет-чешет языком, улыбается, в глаза глядя, а потом с такой же вот улыбочкой и петлю на шею накидывает, чтобы с извиненьицами колоду из-под ног выбить.

— Признаться, я испугался, что он убьет тебя, — сказал Дорри.

— Чего пугаться? Радовался бы.

Он пожал плечами с таким видом, что сразу стало ясно — глупость ты, старина Перси, сморозил.

Сидеть под влажной простыней становилось холодновато. И чем дальше, тем больше постреливало в спину, предупреждая, что вот-вот и конкретно прихватит.

Следующий вопрос Дорри озадачил:

— Тебе он не показался странным?

— Твой соперник.

Он… — сложенные щепотью пальцы уперлись в лоб. — Он как будто бы… вот не знаю, как объяснить!

— Скотина он, — разрешил сомнения Персиваль. — Бычок итальянский. А от этих итальяшек всего ждать можно. Они, если разобраться, то и не люди вовсе! Паписты…

Клыкастый от волнения даже вскочил и, забывшись, шандарахнулся рукой о стояк. Зашипел, ругнулся, но без души, и сказал:

— Не человек! Он двигался не как человек.

Как хануман, присланный по душу упрямого беглеца.

Не то напоминанием, не то предупреждением. Сдайся, Персиваль, по-хорошему, все равно ведь проиграешь. Да и кто ты таков, чтоб с богами сражаться?

Чтоб отвергать саму Тысячерукую?

— Так папист же, — сказал Персиваль, стряхивая обрывки страха.

А вставать надо. Вот зацепится за угол ящика и подъем. На раз-два. Ну или можно на три. И на четыре, а лучше бы на десять, и чтоб сразу в койку. Ох голова-головушка… и деньги ушли. Точно, ушли. Небось, еще и должон Нодди остался.

И ладно бы только ему, ведь если по-хорошему, то Дорри не обязан был помогать.

Нет уж, пускай Персиваль и не сэр, и не мистер, но от своих долгов он отступаться не станет.

— Сюда иди, — велел Персиваль. Подняться-таки вышло, но ровно настолько, чтоб на ящик сесть. Мокрая простыня тотчас сбилась, и стало еще холоднее. — И воды возьми, только чистой. И еще соли, если есть. Кубок. Ложку серебряную…

Воды нашлось с полфляжки, а вот соли была целая банка.