Дорога через прошлое

А куда мне там податься? Мне уже пришлось быть и стрелком, и вторым номером на «максиме», а сейчас вот и артиллеристом. Куда и кем теперь?

В артиллерию, рассказывая, что я там пару часов ящичным побыл, это только смешить знающий народ. Квалификация у меня там такая же, как и у любого другого, кого на мое место взяли да поставили. Вторым номером снова можно, хотя не мешало бы освежить в памяти все эти задержки, да и устройство самого пулемета. Здесь я, в отличие от ящичного, имею фору перед таким же взятым из ополчения, но «максим» видевшим только в кино.

Тут есть другая засада: в УРе мы особенно далеко пулемет от дота не таскали, а в пехоте куда нужно, туда и поволочешь, хоть один километр, хоть полсотни. И проблема добычи воды для охлаждения пулемета сваливается тоже на меня. Хотя чего я беспокоюсь? В той же одиннадцатой дивизии был я вторым номером, и ничего. Правда, станок у нас там был полегче. Или попроситься в саперы, как мне когда-то хотелось? В общем, размышлял я, размышлял, да так и не решил для себя, чего бы хотел.

И вышло так, что, не решив сам, я переложил это решение на кого-то другого, включая судьбу. Они и определились вместо меня. Дня через три нашу команду расформировали и всех, кто был призывного возраста и не выглядел откровенным задохликом, отправили в занимающую город дивизию. Завернули только двоих: одного в очках с толстыми стеклами и второго с постоянным кашлем. Он, конечно, заявил, что это не туберкулез, а просто простыл и никак не получается выздороветь, но был изгнан к врачам за справкой, что здоров.

Более хитрые типы вроде меня и скрывшего ревматизм Прокопа Окипного тихо улыбнулись и решили шифроваться дальше. А почему мы хитро улыбались? Потому что договорились, что когда комиссия врачей нас смотреть будет, то к терапевту пойду я под видом Прокопа, а к окулисту он под видом меня.

Со мной, правда, процесс несколько затянулся, потому как документов у меня не было.

Я вдохновенно рассказывал, что тут совсем не виноват, что меня взяли сначала в истребительный батальон, потом передали в первый полк, потом – во второй, ходил я из казармы в казарму, потом пристроили в батарею. В итоге всех этих блужданий мои документы где-то пропали, и где теперь их искать, на том берегу Днепра или на этом, мне точно неизвестно.

Отсутствие документов являлось не только моей проблемой, не у всех остальных бумаги тоже были.