Дорогой Джон

Я не побрился, не принял душ и даже не переодевался с того момента, как мне сообщили печальную новость, словно вести себя как обычно, соблюдая условности, значило смириться с тем, что отца не стало.

В аэропорту и по дороге домой я чувствовал глухой гнев, глядя на городских обывателей, спешивших по своим делам. В отличие от них я был совершенно выбит из колеи.

Добравшись домой, я вспомнил, что все поотключал два месяца назад. Темный дом с черными провалами окон казался чужим на этой мирной, уютной улице.

Совсем как мой отец, подумал я, или как я сам. При этой мысли мне стало чуть легче подойти к входной двери.

За дверной наличник была засунута визитка поверенного по имени Уильям Бенджамин, на обратной стороне он написал, что представляет моего отца. Телефон был отключен; я позвонил от соседей и удивился, когда этот Бенджамин с портфелем в руке заявился ко мне на следующее утро, едва рассвело.

Я провел его в темноватую гостиную. Уильям Бенджамин присел на диван.

Его костюм стоил больше, чем я получал за два месяца. Представившись и выразив соболезнования в связи с постигшей меня утратой, он начал:

— Я здесь потому, что очень любил вашего отца. Мистер Тайри был одним из первых моих клиентов, поэтому все услуги бесплатны. Он пришел составить завещание сразу после вашего рождения, и каждый год в один и тот же день я получал по почте нотариально заверенный список с перечислением всех монет, приобретенных за двенадцать месяцев.

Я рассказал ему о налоге на наследство, поэтому ваш папа предпочитал дарить вам монеты каждый год, начиная с самого детства.

Пораженный, я не мог вымолвить ни слова.

— Шесть недель назад он написал мне письмо с извещением, что монеты наконец перешли к вам, и выразил желание убедиться, что все будет в порядке. Я в последний раз обновил его завещание. Когда он сказал мне свой новый адрес, я рассудил, что его здоровье, должно быть, сильно пошатнулось, и позвонил в лечебницу.

Ваш папа говорилмало, но разрешил пообщаться с директором пансионата. Тот обещал, что даст мне знать, если с вашим отцом что-нибудь случится, чтобы я мог с вами встретиться. Поэтому я здесь. — Он покопался в портфеле. — Я понимаю, вы сейчас заняты организацией похорон, но ваш отец сказал, что вы скорее всего пробудете недолго и нужно успеть уладить дела. Это его собственные слова. А, вот оно. — Он вынул туго набитый конверт.