"
"— Именем Озмы, правительницы Страны Оз, — мрачно провозгласил Железный Дровосек скрипучим голосом, — и по приказу принцессы Дороти я, Железный Дровосек Страны Оз, Великий Инквизитор полиции Изумрудного города и командир железных солдат, арестовываю вас за измену короне.
Он достал лист бумаги, на котором красовалась золотая печать, и в это мгновение я впервые взглянула на руки Дровосека. По спине пробежал холодок. У него были не пальцы, а иглы и лезвия разных форм и размеров, будто инструменты стоматолога.
Всю сознательную жизнь мне удавалось избегать кариеса именно потому, что я ужасно боюсь боли. Каждая мышца моего тела сжалась при мысли, что эти острия могут впиться в кожу.
— Измену? — пискнула я.
После слов Железного Дровосека застывший, как изваяние, Олли внезапно пришел в себя. Издав оглушительный обезьяний вопль, он подскочил, словно его запустили из рогатки, ухватился хвостом за ветку ближайшего дерева и, подтянувшись на ней, скрылся в густой кроне. Он умчался в мгновение ока.
Лишь мелькнул кончик хвоста, когда Олли перескочил на другое дерево и уже окончательно исчез среди листвы.
В этот же момент Человек-велосипед встал на дыбы, готовясь погнаться за беглецом, но Железный Дровосек поднял руку, останавливая своего солдата.
— Пусть бежит, — сказал он. — Лев знает о передвижениях всех животных. Он позаботится об этом. Из леса обезьяне не убежать.
Олли сбежал. А точнее, бросил нас. Но я не винила его, даже порадовалась. И надеялась, что ему удастся оказаться далеко-далеко отсюда.
Да, я радовалась за Олли, только вот у нас с Индиго возможности удрать не было. Мы попали в большую беду. Все это время жевунья была права. Каждый шаг в Стране Оз чреват последствиями. Ужасными и совершенно не соответствующими проступку. Если Олли за «дерзость» оставили висеть на столбе, каким же будет наше наказание?
Хотелось сказать Индиго, что я сожалею. Она ведь предупреждала, даже умоляла, но ее никто не слушал. Но так ли я сожалела? Разве я могла не развязать его? Сомневаюсь.
Что еще тогда оставалось делать? Освободить Олли было правильным решением. Только вот… за это ли нас хотят арестовать? Лицо Индиго дрогнуло, и она, разрыдавшись, упала на колени.
— П-п-пожалуйста, — выдавила она сквозь слезы. — Я пыталась помочь Дороти. Вела изменницу на допрос! Клянусь! Просто хотела помочь! Я могу рассказать все, что знаю!
Индиго предавала меня. Ей приходилось, ее тоже не в чем было винить.
