И потом, после того, как я нашла его в коробке из-под чесночной приправы, он постоянно таскает у меня с кухни кубики «Крошка Чеснок» себе в клетку. Этот запах, наверное, напоминает ему историю нашего знакомства. У меня с собой фотографии Крошки Че. Хотите посмотреть?
С этими словами она взяла с прикроватной тумбочки альбом с фотографиями и протянула его Дене.
— Тут снимки Крошки Че в разные годы.
— Ой, — заволновалась Маша, — хочу глянуть! Зайка, Кеша, Дегтярев, Ирка и Иван тоже столпились вокруг Дени.
— Мы достойны книги рекордов, — задыхаясь от гордости, вещала Милиция.
Я, воспользовавшись тем, что все присутствующие крайне увлеклись Крошкой Че, на цыпочках вышла в коридор и пошла в свою спальню. Лед тронулся. Как мы ни старались понравиться Милиции, изображая из себя невесть что, старуха только больше настораживалась, но сейчас, увидав искреннее восхищение присутствующих, их восторг при виде огромной Крошки, будущая родственница Деньки оттаяла и, похоже, решила с нами подружиться.
* * *Чтобы успеть вовремя и ровно в одиннадцать быть у Димона, я решила выехать из Ложкина в девять. И оказалась в невероятной ситуации: автомобильная пробка начиналась у ворот поселка.
Передо мной стоял черный внедорожник, впереди него микроавтобус «Скорой помощи», а охранник, открывающий шлагбаум, куда-то подевался.
— Где этот долбаный урод? — вдруг проорал через громкую связь шофер дорогой иномарки. — Нам тут еще сколько стоять?
Спустя секунду полосатый бело-красный шлагбаум, перегораживающий путь, взметнулся вверх, в той же последовательности мы доехали до поворота на Ново-Рижское шоссе.
Там я порулила к Москве, а джип и «Скорая помощь» свернули в сторону Волоколамска. Микроавтобус включил сирену, джип, буквально сев медикам на хвост, тоже тревожно завыл и привел в действие «мигалку». Кажется, кому-то из жителей Ложкина стало так плохо, что его побоялись везти в столицу. Надеюсь, несчастного успеют доставить в шестьдесят вторую больницу, она тут в трех шагах.
* * *Как и рассчитывала, ровно в одиннадцать я вышла из вонючего лифта на карякинском этаже и увидела Раису, спокойно запиравшую свою дверь.
— Привет, — словно хорошей старой знакомой сказала она мне. — Чего там, на дворе, холодно?
— Нет, слякоть, — ответила я.
— Вроде снег не идет.
— А под ногами грязь.
— Это от реагента, — покачала головой Рая. — Все сапоги, зараза, сожрал. Не боишься в светлой да еще замшевой обуви разгуливать? Мигом бареток лишишься.
